Зарубежная повесть стр. 15
Деревня еще как-то может жить только потому, что мы без устали отгребаем песок. А если мы перестанем копать, ее занесет песком меньше чем за десять дней — и ничего от деревни не останется… Ну и потом… Ой, кажется, очередь уже до соседей дошла…
— Весьма вам признателен за интересный рассказ… По этой же причине и переносчики корзин работают так усердно?
— Да, но они, правда, поденно получают что-то от сельской управы…
— Если у деревни есть такие деньги, почему же не ведутся тщательные посадки лесных полос для защиты от песка?
— Если посчитать, то выйдет, наверно, что наш способ намного дешевле…
— Способ?.. Разве это способ?! — Мужчина вдруг разозлился. Разозлился на тех, кто привязал женщину к этому месту, и на женщину, позволившую привязать себя. — Если так, то зачем цепляться за эту деревню? Ну, не понимаю я причины… Песок не такая уж пустячная штука! Большой ошибкой было бы думать, что ваши старания могут противостоять песку. Нелепость!.. С этим вздором нужно покончить… покончить раз и навсегда. Я даже не могу сочувствовать вам!
Отбросил лопату к валявшимся поодаль бидонам и, не взглянув на нее, вернулся в дом.
Не спалось. Мужчина прислушивался к тому, что делала женщина. Ему было немного стыдно: ведь такое его поведение в конечном счете — это ревность к тому, что ее здесь удерживает, понуждение бросить работу и украдкой прийти к нему в постель. Действительно, то, что он остро ощущал, было не просто возмущением глупостью женщины. Все было гораздо глубже. Одеяла становились влажными, песок сильнее лип к телу. Как это несправедливо, как это возмутительно! И поэтому нечего винить себя за то, что бросил лопату и вернулся в дом. Такую ответственность он на себя не возьмет. У него и без этого обязательств более чем достаточно. И то, что его увлек песок и насекомые, в конце концов было лишь попыткой, пусть хоть на время, убежать от нудных обязанностей бесцветного существования…
Никак не заснуть.
Женщина без отдыха ходит взад и вперед. Несколько раз звук спускавшихся корзин приближался, потом снова удалялся. Если так будет продолжаться, завтра он не сможет работать. Ведь нужно встать, как только рассветет, и провести день с пользой. Чем больше он старается заснуть, тем бодрее становится. Появилась резь в глазах — они слезились, моргали, но не могли справиться с беспрерывно сыпавшимся песком. Он расправил полотенце и накрыл им лицо. Стало трудно дышать. Но так все же лучше.
Подумаю о чем-нибудь другом. Закрываешь глаза, и начинают, колеблясь, плавать какие-то длинные нити. Это песчаные узоры, бегущие по дюне. Полдня неотрывно смотрел на них, и наверно, они отпечатались на сетчатке. Такие же потоки песка погребали, поглощали процветающие города и великие империи. Это называют… да, точно, сабуляцией Римской империи. А города, воспетые Омаром Хайямом… В них были портняжные мастерские, были лавки мясников, базары. Их опутывали, густо переплетаясь, дороги, которые, казалось, ничто не сдвинет с места. Сколько лет нужно было бороться с властями, чтобы изменить направление хотя бы одной из них… Древние города, в незыблемости которых не сомневался ни один человек… Но в конце концов и они не смогли противостоять закону движущегося песка диаметром в одну восьмую миллиметра.
Песок…
Если смотреть сквозь