Затмение луны стр. 7
чувства. Никогда не смыть проклятие крови, текущей в ее жилах, делающей ее тем, что она есть.
Кто-то задышал в ухо. Она обернулась и обхватила шею Жура. Барс тыкался носом в ее лицо, а она оглаживала его, ища серьезные раны, – и не находила. Хвала предкам.
Тут она впервые заметила, как тихо стало вокруг. Полукруг все еще тлел, но ветер отнес дым в сторону, открыв поле битвы, усеянное горящими телами трех десятков вирсанов – все они были зарублены.
Может, Марк и ненавидит убивать, но при необходимости он великолепен. Но где же он?
Шатаясь, она встала на ноги, дрожь пробрала до костей – теперь от страха. На кровавом снегу остались только его следы – вот здесь он отступил на несколько шагов под натиском нападающих… След обрывался у края пропасти.
Джейм бросилась на снег и вгляделась в бездну. Слишком темно, она не видит дальше нескольких футов, и на зов отвечает лишь эхо, отскакивающее от ледяных стен, уходящее глубже и глубже. Милостивые Трое, если он пролетел весь этот путь вниз…
За спиной, по ту сторону огней, кто-то тихо хихикнул.
– Джеймсиль, – позвал сиплый, но сладкий голос из мрака. – Детка, я пришел за тобой.
Жур прижался к Джейм, шерсть на его спине встала дыбом, да и ее собственные волосы будто приподнялись. Кто бы там ни был, он знает ее истинное имя, и она почти догадывалась, чувствовала, кто это. Где она слышала этот вкрадчивый тошнотворный голосок прежде? Не в Тай-Тестигоне, не в замке…
– Плетущая Мечты, Жница Душ, Яд Жрецов… Голос перечислял прозвища мягко, насмешливо. Только одним из них когда-то воспользовалась Джейм, остальные принадлежали той, первой Джеймсиль, ее тезке, которая три тысячи лет назад танцем забрала души у двух третей жителей Кенцирата по приказу своего брата и мужа, Геридона, Мастера из Норфа.
– Скоро, скоро колдовской круг ослабеет. Смотри, как умирает костер. Помнишь Дом Мастера, огонь и ночь, когда он призвал тебя в свою постель?
… Она поднимается по витым ступеням, обнаженная под плащом из шуршащих гадючьих кож, скрепленных друг с другом серебряной нитью. Головы змей при каждом шаге бьют по пяткам. За пологом ждет человек… Кто? Его лицо как ободранный череп, пальцы холодны, так холодны, когда он втискивает в ее руку нож, а она все взбирается, все выше, к двери, занавешенной красными лентами, к ждущей за ней тьме…
Джейм вздрогнула и отшатнулась от осколков памяти, от того, что сокрыто за многими утерянными годами. Постель Мастера? Но ведь это та Джеймсиль была, да и остается женой изменника. Ничто земное не коснется ее.
«Но ты была за Темным Порогом», – мысль пронзила ее холодом. Она попыталась остановить ее, но в голове вертелось по-прежнему: «У тебя Книга в Бледном Переплете, которую Мастер забрал с собой в темноту во время падения. Ты не могла взять ее нигде больше, кроме как в Доме Мастера, Доме, скрытом тенями».
Проклятие. Круг заклятия действительно ослабел. Сквозь невысокие язычки пламени мерцали глаза, и вкрадчивый злорадный голосок снова хихикнул:
– Скоро, Джеймсиль, скоро.
За костром во мраке притаилось словно бы ее прошлое, готовое наброситься и вонзить беспощадные когти. Что может задержать его? Только огонь… и Книга. О Трое, так вот оно