Жатва черепов стр. 4
упал на колени и начал заваливаться на бок, своим весом увлекая Хонсю за собой. Тело его содрогнулось: злой дух, рожденный варпом и заточенный в оружии победителя, добрался до его души и забавы ради разорвал ее на части. Из расколотого черепа багровым потоком хлынула кровь, но даже после того, как душа Далла перестала существовать, его рука все так же крепко сжимала оружие.
Вокруг того места, где топор Далла погрузился в протез, заменявший Хонсю руку, возникло тонкое оранжевое свечение, похожее на пламя ацетиленовой горелки, и полумесяцем прошло по лезвию, отрезая его. Огненное сияние, оживлявшее его, потухло, и его энергия перешла в оружие Железного Воина. Несмотря на удар, поверхность протеза оставалась такой же гладкой, как будто он только что вышел из кузницы серебряных дел мастера. Хонсю не знал, да и не хотел знать, откуда берется эта способность искусственной руки восстанавливаться - главное, что она в очередной раз спасла ему жизнь. С видом победителя стоя над трупом Восока Дала, он выпрямился в полный рост, и завсегдатаи таверны с интересом воззрились на него.
- Я - Хонсю из Железных Воинов! - проревел он, подняв топор высоко над головой. - Я пришел на Жатву Черепов и я никого не боюсь. Пусть любой, кто считает себя достойным присоединиться ко мне, приходит в мой лагерь. Ищите знамя с Железным Черепом у северного утеса.
Он уже направлялся к выходу, когда из-за одного из столов поднялся мужчина в потрепанном бронежилете; из-под каски, которую носили солдаты Имперской Гвардии, глядело грубое лицо, а на плече висела длинноствольная винтовка.
- Все командиры, которые заявляются сюда, утверждают, что у них есть план, - сказал гвардеец. - Чем отличаешься ты? Большинство из них никогда больше не возвращаются - так почему я должен сражаться за тебя?
- Как твое имя?
- Хаин. Хаин Петтар.
- Потому что я намерен победить, Хаин Петтар.
- Все так говорят, - возразил Петтар.
Подняв топор на плечо, Хонсю ответил:
- Они говорят - а я сделаю.
- Ладно, и с кем же ты собираешься воевать, если выживешь в Жатве?
Хонсю ухмыльнулся.
- Мой крестовый поход сожжет миры Ультрамара.
- Ультрамара? - переспросил Петтар. - Да ты спятил: это чистое самоубийство.
- Может, и так, - ответил Хонсю, - а может, и нет. Но если это не достойная цель,
то в этой галактике не осталось ничего, ради чего стоит жить.
Город в горах переполняли еле сдерживаемые напряжение и угроза. Воины всех мастей и достоинств заполнили улицы, переулки и площади, зажатые между ветхих домов, кое-как сложенных из кирпичей и всяческого мусора. Жатва Черепов должна была вот-вот начаться, и горожане, еле сдерживая нетерпение, то и дело тянулись к рукоятке пистолета или к обшитому кожей эфесу меча. Угроза и опасность витали в воздухе, как электрические разряды, и Хонсю улавливал их так же ясно, как адепт Цицерин, преобразившийся магос, видел течения варпа. В любую секунду могла пролиться кровь - впрочем, это было бы в порядке вещей.
Небо тускло светилось, озаряемое вихрем всполохов, похожих на полярное сияние безумных расцветок. В глубине смерчей сверкали молнии, и Хонсю с трудом заставил себя оторваться от радующего глаз зрелища. Только