Библиотека

Завещание сталкера стр. 114

Размер шрифта
-
+
Тема

велел всем остановиться, перелез через перила и аккуратно снял подарок «вороньей карусели». «Сердце» – очень дорогой и редкий артефакт, так что находку можно было считать удачной. Еще одна, такая же, по-прежнему была привязана к телу Серого. Крюк дождался, пока через перила перелезут все остальные, и отдал контейнер с артефактом Максу.

– Доберемся до места, полечим твою руку, – сказал он, затем повернулся к Серому и Дану и назидательно добавил: – На стены посмотрите. И зарубите себе на носу, что бывает с теми, кто не замечает «карусель».

Стены помещения здесь были испачканы коричневой жижей, смешанной с крошками известки, которая некогда покрывала стены и потолок.

– Это кровь? – догадался Серый.

– Это не только кровь. Это кровь, кости, мозги и прочее. «Карусель» размалывает тело на мелкие кусочки. Неприятная смерть.

– Смерть вообще неприятная штука, – усмехнулся Данила.

Макс удивленно поднял бровь: надо же, дохляк еще и шутить умеет.

Потом были две «электросети», расположенные в полутора метрах друг от друга. Проходить между ними было несложно, но страшно – неприятное ощущение, когда волоски на коже встают дыбом, ощущая соседство электрического поля. Макс подумал, что с «электрическим скатом» здесь не пройти – этот модификат «дикого ежа» здорово притягивает электрические разряды. С ним и в грозу-то лучше не

гулять, а между «электросетями» вообще верная смерть.

Между четвертым и пятым этажами вонял «ведьмин студень» – противная и ужасная аномалия. Ужасная тем, что зачастую прячется в невидимых укрытиях – ямках между кочками, в перекрытиях между досками и прочих трудно просматриваемых местах. Полужидкая студенистая масса стекает в низинки, прячась то в куче мусора, то под истлевшими ступеньками, и ждет своего часа. Идет себе человек по куче мусора, ничего не подозревает, и вдруг раз – ломается под ногой вроде бы прочный железный таз, а под ним пустота. Нога попадает в «студень» и в долю секунды превращается в кисель. Смерть от «студня» долгая и мучительная, говорят, что даже Доктор, который может вылечить почти все, перед жертвами «студня» только разводит руками. Поэтому такого раненого лучше сразу пристрелить, чтобы избавить от мучений.

Этот «студень» не таился – беззвучно булькал прямо посредине лестницы, источая тошнотворный запах смеси сероводорода с аммиаком. Но в двух метрах от аномалии запах исчезал. Говорят, что газы, выпускаемые «студнем», не растворяются в воздухе и не разлетаются, а возвращаются назад, поддерживая постоянство работы аномалии и пополняя его исходным материалом.

После «студня» пришлось обойти еще одну «электросеть», на этот раз довольно крупную. Она хоть и находилась на почтительном от прохода расстоянии, все время недовольно искрила и громко щелкала, создавая ощущение, что вот-вот прыгнет, словно «печка». Однако Крюк довольно смело прошел вдоль нее и остановился под вертикальной металлической лестницей, ведущей на чердак.

Серый протиснулся бочком, за ним с показным спокойствием прошел Данила, последним приблизился Макс.

– А там аномалий нет? – спросил Данила, глядя на железный лист, перекрывающий вход на чердак.

– Там как в гостинице, – усмехнулся Крюк и хотел уже было лезть вверх, но Серый схватил его за рукав:

– Подожди.

Он так и застыл на месте, зачарованно рассматривая перегородку, поперечные перегибы железного листа и прислушиваясь к еще незнакомому и столь непонятному голосу. Это был не страх, это было предчувствие опасности. Серый

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.