Зеленая мумия стр. 279
Америки. Арчи заметил, что Люси погрустнела.
– Ты жалеешь, что мы не поплыли с ними? – спросил он.
– Нет, – ответила она, взяв мужа за руку. – Мое единственное желание – всегда быть рядом с тобой.
– Это хорошо, – ласково погладил он ее пальцы. – Теперь, когда мы продали всю мебель в Пирамиде и избавились от арендного договора, ничто не напомнит тебе о зеленой мумии.
– И все же я не перестаю думать о своем злополучном отчиме, несчастной госпоже Джашер и бедняге Сиднее Болтоне. Арчи, как хорошо, что мы выделили вдове Энн небольшую сумму годовых! В конце концов, именно мой отчим погубил ее сына.
– Я не согласен, любимая. Всему виной дикий нрав Какаду, – возразил молодой супруг. – Профессор Браддок не планировал заранее ни одно из убийств. Но не будем больше говорить об этих мрачных вещах. Помечтай лучше о том, как однажды я стану президентом Королевской академии художеств, а ты – моей леди.
– Я и теперь твоя леди. Но… – запнулась Люси, вспомнив цвета герба академии, – …зеленый цвет я возненавидела до самой смерти.
– Жаль, это – цвет природы. К тому же, дорогая, через год или два все эти страшные события покажутся тебе туманным сном. Зеленая мумия навсегда ушла из нашей жизни, забрав с собой все неудачи.
– Аминь, и да будет так, – вздохнула миссис Хоуп. – Нам пора домой.
Она еще раз взглянула на морскую гладь, но яхта сэра Рендома уже растаяла у горизонта.
Танцовщица в красном
Эта история столь невероятна, что немногие поверят в нее. Однако все было так, как я описываю, и случилось лет десять назад. Естественно, я изменил названия мест и имена персонажей. Публикую свой рассказ под псевдонимом, но ручаюсь за точность изложения, ибо сам стал свидетелем нескольких эпизодов, а все прочее узнал от главного действующего лица этой драмы, или, скорее, мелодрамы, местами переходящей в трагедию, и, право, я ничуть не сгустил краски. Мой рассказ правдив, и от этого
еще страшнее.
Как у любого врача, у меня всегда полно работы, и я радуюсь, если удается выкроить день, чтобы отдохнуть и душой, и телом. Я – бакалавр медицины, имею практику и не бедствую, поэтому при удобном случае не отказываю себе в удовольствии отправиться куда-нибудь развеяться и развлечься…
Как-то в июне я листал у себя в кабинете континентальный «Брадшо» и прикидывал, где провести ближайшие выходные, когда ко мне вошел Хью Тэнкред, мой двоюродный брат. Мы вместе учились в школе и колледже, и двери моего дома всегда для него открыты. Я удивился: два месяца назад он уехал в Испанию, и я не слышал о его возвращении.
– Дорогой, какими судьбами?! – раскрыл я объятия. – Рад, искренне рад! Все в порядке?
Я задал отнюдь не праздный вопрос, так как мой гость выглядел встревоженным и напуганным. Прежде крепкий розовощекий юноша, которого я знал как заправского весельчака, сделался бледным, словно призрак, и сильно похудел. В глазах его застыла печаль, а одежда висела на нем, как на вешалке. Отправляясь в Испанию, Хью сиял здоровьем, теперь же походил если не на привидение, то на пациента больницы, где я служил. На его лице читался страх, дыхание прерывалось; войдя в комнату, он моментально запер за собой дверь, после чего бросился мне