Зеленая мумия стр. 304
так называемую душу. А это значит, что ее нет. Приведем силлогизм: 1. Душа необходима для бестелесного существования. 2. Душу никаким образом нельзя обнаружить. 3. Следовательно, бестелесное существование невозможно. Вот так одним махом доктора избавляются от призраков.
Если мои коллеги правы, то мой опыт с Маррит-Грейндж не объяснить научно, если же они ошибаются, значит, духи – не выдумка; более того, сверхъестественные силы использовали меня ради торжества справедливости. Как именно – вы поймете из дальнейшего повествования. Я не разделяю ни то ни другое мнение в столь деликатном вопросе и хочу лишь правдиво рассказать все, что произошло в Маррит-Грейндж, а читатели пусть сами делают выводы.
Когда умерла тетя Селина, мне было двадцать шесть лет, я окончил медицинский колледж и не имел ни практики, ни денег, ни нужных связей среди тех, кто посодействовал бы моей карьере. Как единственный близкий родственник, я унаследовал тетушкино состояние в две тысячи фунтов стерлингов и намеревался поправить свое положение. Друзья советовали приобрести практику в Лондоне, но я боялся вкладываться в столь рискованное предприятие. Пациенты ведь не хотят, чтобы их продавали, как овец, и сами решают, какого доктора выбрать. Таким образом, еще не факт, что, заплатив деньги, ты явишься на все готовое. Часть пациентов уйдут к прежнему врачу, которому привыкли доверять, другие успеют за это время выздороветь или умереть – в итоге бедному новичку, вторгшемуся на чужую территорию, все равно придется выстраивать новую практику на руинах старой. Долго терзаемый такими мыслями, я наконец решил начать ab ovum. К тому же я мечтал покинуть шумный Лондон, который вымотал все мои силы, и обосноваться где-нибудь на природе, дыша чистым загородным воздухом.
Я положил тетушкино наследство в банк и отправился на юг Англии подыскивать район, где мог бы поселиться и практиковать. Проехав много миль по железной дороге, я прибыл в Денхемптон – поселок на побережье Сассекса, и меня заворожили здешние скалистые пейзажи и благоухающие поля. Однако с медициной в этих перспективных курортных местах обстояло неважно: во всей округе трудился лишь один доктор, на которого приходилось столько пациентов, что, принимай он их хоть круглые сутки, и то не справился бы. Второму врачу вполне хватило бы работы, и я, познакомившись с жителями, ответив на множество вопросов и выслушав бесчисленное количество жалоб, пришел к выводу, что именно тут смогу как нельзя лучше применить свои медицинские знания и построить карьеру.
Я ничуть не переживал по поводу предстоящего отъезда из Лондона, потому что вырос в пригороде, и задымленный Блумсбери плохо действовал мне на легкие, а мои глаза хотели
созерцать не мрачные фабричные трубы, а просторные зеленые равнины. Еще раз подумав, я выбрал Денхемптон с его живописными мысами, между которыми, обдуваемая свежим морским бризом, мирно дремала деревушка, застроенная небольшими уютными домиками, а на возвышенности – богатыми особняками. Очевидно, Денхемптон нравился не только мне: поселок быстро расширялся, и я надеялся, что в недалеком будущем моя практика увеличится, а вместе с ней – и мои доходы. Настроенный весьма оптимистично, я подыскивал дом с солидной дверью, к которой собирался привинтить свою недавно изготовленную медную табличку.
Денхемптон пересекала недлинная широкая дорога, соединявшая старый поселок и более современный курортный городок. С одной стороны по