Библиотека

Зеленый стр. 13

Размер шрифта
-
+
Тема

сказать, подсудимому.

– Позвольте зачитать цитату? – Дубровская открыла конверт и достала лист бумаги. – «Ты испортил мне жизнь! Не думаю, что, когда наступит подходящий момент, я буду стоять перед выбором – я отплачу тебе сторицей». Что же, Мария, подходящий момент настал?

Горничная посмотрела на нее исподлобья:

– Да, мои отношения с подсудимым трудно назвать дружескими. Но во многом он виноват сам. Он заставил меня ненавидеть…

Государственный обвинитель резко поднялся с места.

– Ваша честь! Я не совсем понимаю, почему мы изучаем эти письма? Откуда они вообще взялись?

Судья внимательно взглянул на Дубровскую.

– Защитник, как я понимаю, эти письма вы получили не из рук свидетеля. Можете прояснить ситуацию? Откуда они у вас взялись?

Елизавета была в замешательстве. Что им сообщить? Рассказать о том, что письма передала ей цыганка? Бред, да и только!

– Источник пожелал остаться анонимным, – проговорила она.

– Тогда мы не можем признать их доказательствами и вести о них речь в суде, – быстро среагировал прокурор.

– Но позвольте! – с отчаянием в голосе произнесла Елизавета. – Ведь это имеет отношение к делу! Эти письма доказывают, что у свидетеля обвинения был умысел оговорить подсудимого. Они доказывают…

– Они ничего не доказывают. Государственный обвинитель прав, – пресек возражения судья. – Формально эти письма доказательствами не являются. Вы взяли их невесть откуда и заставляете нас поверить в их подлинность.

– Но вы лишаете подсудимого права на защиту! – воскликнула она.

– Вы получите замечание в протокол, – последовало предостережение судьи. – Адвокат, а вы вообще слышали о неприкосновенности частной жизни?

– Но если речь идет о свободе человека…

– Не заставляйте повторять меня дважды, – повысил тон судья. – Если у вас еще есть вопросы, то задавайте их. Нет – отпускайте свидетеля.

Елизавета проглотила набежавшие на глаза слезы.

– Хорошо, я продолжу. Свидетель, у вас была причина испытывать

неприязнь к подсудимому?

Мария посмотрела поочередно на судью, прокурора, адвоката. Она ровным счетом ничего не поняла из той дискуссии, свидетельницей которой стала. Очевидно было одно: у адвоката откуда-то взялись письма. Ее письма! Стало быть, отпираться не имело смысла.

Она распрямила плечи.

– Была причина. Он посмеялся над моими чувствами.

– Ваша честь! Призовите защитника к порядку, – потребовал прокурор. – Она опять использует данные из сомнительных источников. Я так понимаю, вопрос с письмами закрыт?

– Ваша честь, я больше не ссылаюсь на письма, – ответила Елизавета и демонстративно убрала пачку со стола в портфель. – Я просто задаю вопросы свидетелю, а она отвечает.

Судья пожевал губами.

– Защитник прав. Это всего лишь вопрос. Вы можете продолжать, Дубровская…

Настал черед судебных прений. Несмотря на заранее заготовленную речь, голос Дубровской немного дрожал.

– Подведем итоги, уважаемый суд, – она вздохнула и отложила в сторону бумаги. Нет, она не будет говорить по шпаргалке. – Обвинитель показывает на человека и убеждает: «Он украл!» А вы в этом уверены? Находчивый коллега господина Липмана путается с описанием внешности злоумышленника; эксперт не уверен в своем заключении, а бедная девушка Маша и вовсе настолько зла на подсудимого, что в любом человеке, прыгающем через изгородь, ей видится ее несостоявшийся

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.