ЖЕЛЕЗО СНАРУЖИ стр. 25
вполне мог дотянуться, но затем ему на глаза попался Обрушитель – оружие, с помощью которого он уничтожил несчетное количество крепостей и столько же крепостей построил. Его латная перчатка легла на Т–образную рукоятку, и кончиками пальцев он сумел подтащить инструмент поближе по неровной почве. При движении клинок царапал по камням, осыпавшимся со свода пещеры, – черным фрагментам высокоплотной вулканической породы, образовавшейся в результате излияния магмы во времена, когда планета была еще необитаемой.
— Сплавленная метаморфическая порода из приповерхностного пласта, – сказал Бронн и по важным хрипам, которые сопровождали сделанный вдох, понял, что легкие все-таки спались. На втором сердце долго не продержишься, и в конце концов его израненное тело погибнет от гипоксии.
— В своей мести сыны Аврелиана ничего не упустили, – заметил он, увидев в камне вкрапления облученных кристаллов.
— И все же они потерпели поражение, – ответил откуда-то сверху интеллигентный голос с безупречным выговором.
Нога незнакомца опустилась на рукоятку Обрушителя и переломила ее надвое. Бронна захлестнула ярость, и он перекатился на спину, не обращая внимания на пронзительную боль в груди, которая, однако, уже не могла затронуть нижнюю часть тела. Посмотрел вверх – и увидел широкоплечего воина в лазурно–синем доспехе Ультрадесанта. На нагруднике мерцал золотом орел, наплечники окаймляла поблекшая изумрудная полоска.
— Все могло бы обернуться иначе, если бы с ними тогда были Железные Воины, – прошептал Бронн, прижимая к груди сломанную рукоять Обрушителя. Воин покачал головой и снял шлем, увенчанный лавровым венком. Лицо его отличали классические патрицианские черты – волевой подбородок, четко очерченные скулы; глаза бледно–голубые, светлые волосы коротко острижены. Настоящий Ультрадесантник до мозга костей.
— Сегодня вы тоже проиграли, – сказал воин, вставляя в пистолет новый магазин. – Не думаю, что столь жалкие союзники смогли бы как-то изменить исход той войны.
— Ты ошибаешься, щенок. Железо вечно, – возразил Бронн, в изнеможении отворачиваясь. – Из железа рождается сила. Из силы рождается воля. Из воли рождается вера. Из веры рождается честь. Из чести рождается железо.
— Что это? – с откровенным презрением поинтересовался воин. – Молитва?
— Это Нерушимая литания, – ответил Бронн, чувствуя, как угасают силы. – Да будет так вечно.
Ему показалось, что в пламени разгрома промелькнул чей-то силуэт. Кто-то пробирался через обломки «Василисков», вспоротых буровой установкой, – призрачная тень человека, одна рука которого странно блестела в зареве, словно поверхность ее была из ртути. Вряд ли это было физически возможно, но еще Бронну показалось, что сквозь завесу из пепла и пыли он видит бледное синее свечение аугметического глаза.
«Твоя миссия завершена, – словно говорил этот взгляд, – а моя – продолжается…»
— Зачем вы пришли? – настаивал Ультрадесантник. – Вы же наверняка понимали, что не сможете победить верных сынов Жиллимана.
— Зачем пришли? – улыбнулся Бронн и покачал головой, чувствуя, как спадает со сломленных плеч тяжелый груз. – Лучше тебе этого не знать.
До сих пор жизнь еще держалась в его теле только благодаря усилию железной воли; теперь он перестал цепляться за реальность и перед тем, как сделать последний вдох, с вызовом посмотрел на Ультрадесантника:
— Думаешь, вы выиграли это сражение?
— Я это точно знаю, – ответил