Земля призраков стр. 3

с его щетинистого подбородка на голую грудь.

Пядар, лаборант на кафедре археологии Дублинского университета, где Кормак преподавал, был вялым молодым человеком. Его изогнутая фигура и большущие руки неизменно напоминали Кормаку схематичные фигурки древних наскальных рисунков. Волнение Пядара скоро объяснилось: вчера какие-то фермеры, срезая торф, обнаружили человеческое тело в болоте южной части графства Голвей (более двух часов езды на запад от Дублина).

Хотя в Центральной Европе, преимущественно в Германии и Дании, такие тела откапывали сотнями, в Ирландии они были чем-то вроде раритета. В ирландских болотах насчитывалось менее пятидесяти подобных находок, и все они предоставляли беспримерную возможность заглянуть в прошлое. Торфяная почва сохраняла не только кожу, волосы, жизненные органы, но и черты лица; позволяла узнать, что ел в последний раз человек, испустивший предсмертный вздох двадцать столетий назад. Современные торфодобывающие способы часто повреждали болотные находки. Если новый образчик цел, он станет первым за двадцать пять лет, прошедших с тех пор, как были обнаружены древние останки женщины в Майннибраддане, в Донегале. Нынешнее тело нашел мужчина, срезавший торф вручную, — хороший шанс, есть надежда, что тело не повреждено.

Внимая безостановочной болтовне Пядара, Кормак перешел к письменному столу, чтобы надеть очки, и выхватил из потока слов наиболее существенное.

— Драммонд был там? — спросил он. Малаки Драммонд, главный государственный патологоанатом, посещал место любой подозрительной смерти, дабы решить, необходимо ли вмешательство полиции. Драммонд уже приезжал на место, заверил Пядар. Осмотрев останки, он заявил, что этот случай интересен скорее для археологов, нежели для полиции. Юридическим правом на подобные находки обладает Национальный музей, но, объяснил Пядар, как раз накануне отдел консервации в полном составе отправился на конференцию в Бельгию и будет отсутствовать четыре ближайших дня. Поэтому смотритель музея позвонил из Брюсселя с вопросом: не сможет ли Кормак произвести раскопки.

— Он сказал, что понимает — вы в отпуске, но счел бы это большим одолжением.

— Не позвоните ли вы туда, Пядар, а? И сообщите им, что я уже в пути.

Кормак замолчал, чтобы прочистить горло, приступая к обсуждению следующего.

— Я полагаю, кто-то уже информировал доктора Гейвин.

Нора Гейвин была преподавателем анатомии в медицинском колледже Тринити, американской исследовательницей с исключительным интересом к болотным телам. И, вдобавок, тем человеком, с которым Кормак никак не хотел бы работать, хотя и не представлял, как этого избежать. Было бы легче, если бы не пришлось звонить ей самому.

— Ее уже уведомили. Говорит, встретит вас на месте, — сказал Пядар.

Двадцать минут спустя Кормак уже был в дороге. Что же они там нашли? Из-за содержавшихся в торфе природных консервантов сложно сразу же

определить возраст захоронения. Кормак вспомнил случай пятидесятых годов: английские рабочие нашли в топи женские останки, что спровоцировало слезные признания одного из местных жителей. Он поведал полиции, будто убил свою жену и свалил ее тело в болото. Вскоре после того как раскаявшийся муж повесился в тюремной камере, было установлено — труп принадлежит женщине, умершей в конце Железного века Останки убитой жены так и не обнаружились.

Размышляя о возможном значении нынешней находки, Кормак почувствовал растущее возбуждение. Уже почти десять лет он всецело сосредоточен на поиске болотных останков. В болоте у дороги в Оффали обнаружена полностью сохранившаяся рука. Кормаку особенно памятны неровные побуревшие