Земля призраков стр. 6
Оти Маунтинс. К востоку лежало то, что осталось от древнего моря, некогда покрывавшего весь центр Ирландии. Далее — вниз по берегу озера — лежали курортные городки Маунтшаннон и Скарифф, но в этом отдаленном углу Голвея располагались лишь фермы да горы, отражающиеся в небольших укромных озерах, да протяженные болота без единого деревца. Добравшись до берега, Кормак всмотрелся в расставленные вдоль дороги самодельные знаки. Поначалу он решил — это что-то вроде указателей или рекламы, однако, приблизившись к первому, прочитал: «Нет лицензированию болот», а чуть дальше: «Нет вытеснению болот» и, наконец:
1798 ГОД
ВОССТАНИЕ
1999 ГОД
ДОБЫЧА ТОРФА ЗАПРЕЩЕНА
200?
???
Его не удивили стоящие вдоль дороги лозунги. Споры о хищнической добыче торфа шли уже давно, ибо он являлся невосполнимым ресурсом. Ирландские болота обеспечивали существование целого ареала дикой природы, единственного во всей Европе, и ЕС усиленно требовал проанализировать последствия торфяной добычи для окружающей среды.
Кормак подъехал к месту раскопок без четверти два. Солнце, едва скрытое вуалью из нескольких рваных облачков, стояло еще достаточно высоко. Здесь и там пустынную поверхность болота прорезали глубокие черные рытвины. На взбученном торфяном покрове не было ни котлованов, ни ограждений, ни видимых границ участков. Но Кормак побился бы об заклад: каждый добытчик точно знает, где заканчивается его собственный торфяной надел и где начинается соседский. У самой дороги виднелись беспорядочно разбросанные кусты колючего утесника, еще не покрытые ярко-шафрановыми цветами. За ними на ветру дрожали клочки болотного хлопка. А еще дальше, на расстоянии около пятидесяти ярдов, Кормак заметил небольшую группу людей, среди них — Нору Гейвин и офицера полиции в форме. Влезая в водонепроницаемые штаны, а затем аккуратно снимая обувь и засовывая каждую ногу, одетую в чулок, в прочный сапог, Кормак ощутил нечто вроде волнения. Мгновение он стоял на обочине, бегло исследуя горизонт в поисках какой-нибудь определенной точки, церковного шпиля или радиовышки, короче — чего угодно, что помогло бы точно определить
на карте место обнаружения тела. Однако ничего не нашел. Недалеко от него хлопнула дверь допотопной «Тойоты», и появился мужчина с квадратными плечами, обтянутыми коричневой кожаной курткой. Слегка выдававшийся живот намекал на любовь к портеру, солнечные лучи отражались в серебристо-белых волосах. Кормак взял куртку и раскопочные инструменты с пассажирского сиденья и, когда мужчина приблизился, протянул руку:
— Кормак Магуайр. Национальный музей попросил меня проследить за раскопками.
— А, археолог, — сказал мужчина и крепко пожал его руку. Теперь Кормак смог рассмотреть свежее румяное лицо, контрастировавшее с сединой. Вероятно, незнакомцу было не больше пятидесяти.
— Детектив Гарретт Девейни, — представился он. — Доктор Гейвин будет рада вас видеть. Она дожидается вас, чтобы начать.
Девейни проговорил все это уголками губ, немного в сторону. Бледно-голубые глаза остро посматривали из-под век, на лице мелькало что-то вроде недоверчивой ухмылки. Затем полицейский кивнул в сторону болота, и они направились к собравшимся, осторожно ступая по топкой земле. Девейни шел впереди, продолжая беседовать со следующим за ним Кормаком.
— Вы, скорее всего, знаете основное: местный фермер срезал торф. По его словам, за последние сто лет и даже больше никто так сильно не обнажал дренаж на этом участке. Малаки Драммонд — вы знаете Драммонда, патанатома? — вероятно, пришел к такому же выводу. Он заскакивал сюда утром минут на