Библиотека

Земное притяжение стр. 105

Размер шрифта
-
+
Тема

помочах. Видимо, и помочи, и штаны были придуманы неспроста, потому что всё это казалось чертовски сексуальным, особенно когда лямки падали с узких плеч и она поправляла их рассеянным движением, а они то и дело падали!.. И шёлк, полоскавшийся вокруг длинных ног и открывавший узкие щиколотки, всё время хотелось потрогать, Макс был уверен, что он тёплый на ощупь — от её тела.

Всю съёмку он простоял за спиной у человека, переключавшего монитор с одной камеры на другую. Должно быть, это для чего-то требовалось. Ненадёжный гость, о котором беспокоилась Елизавета, оказался на редкость скучным дядькой в жёлтом негнущемся костюме и при бороде. Макс даже толком не понял, кто он, то ли депутат, то ли какой-то чиновник.

— В аспекте майских указов президента, — говорил мужик с тоской, — нам ничего не остаётся, как соответствовать и отвечать на современные вызовы в плане градостроительства, а также строительства дорог и домов. К третьему ква́рталу текущего года мы планируем закончить начатое в первом, а также во втором ква́ртале, а именно, ликвидацию аварийного прорывного колодца на улице Тургенева и заделку промоин весеннего паводка на улицах Луначарского и Циолковского совокупно.

Ведущая билась до последнего — надо отдать ей должное!.. И Макс отдавал. Когда она выскочила из-за шкафа с волосами торчком и в одном белье, он решил было, что она убогая дурочка и совсем ни на что не способна, но оказалось, способна! Она спрашивала бородача о дешёвых ипотечных кредитах, о земельных участках — из-за них, насколько понял Макс, в Тамбове разгорелась какая-то баталия, — о тротуарах с пандусами для пенсионеров и молодых мамаш, но ничего не вышло. Гость не сдавался. С монотонным упорством он продолжал гнуть своё — про ликвидацию, систему мер и непонятно к чему пришедшиеся майские указы.

— Съёмка окончена, всем спасибо, до субботы.

— Больше никогда, — в сердцах сказала Максу давешняя Тамара Павловна, — вот клянусь, никогда больше его не позовём! Это жуть, что такое!

— Да ладно вам, Тамарочка, — потягиваясь, проговорил человек у монитора. — В следующем месяце опять позовёте! Кого ещё звать-то? Город у нас маленький, откуда гостей брать?

— Нет, нет, Богом клянусь, в последний раз!

Народ медленно расходился из студии, а Елизаветы Хвостовой всё не было.

Наконец она прибежала, запыхавшаяся и красная.

— Проводила, — выдохнула она. — Он мне до самой машины продолжал рассказывать!

И захохотала. Тамара Павловна захохотала вместе с ней, и Макс заулыбался.

— Главное, спрашивает: я хорошо выглядел? А сняли красиво? — И опять захохотала. — У меня, говорит, левый профиль рабочий, а правый нерабочий! У него! Профиль!.. Можно я пойду, Тамара Павловна? А то меня вот… Максим… ждёт.

— А вы знаете, откуда это пошло — рабочая сторона, нерабочая сторона? — спросил Макс, когда они выбрались на весеннюю улицу. — Этот ваш гость сказал — профиль.

— Нет, откуда?

— Когда кинематограф только начинался, очень сложным делом было поставить свет в студии так, чтобы не было теней. Никто не умел этого делать!.. И лампы были несовершенные, и плёнка, и киноаппараты. Человек в кадре мог стоять только определённым образом, ну, я не знаю, так, чтобы тень от его носа не падала на лицо партнёра! Вот это и называлось — рабочая сторона. Снимают только с этой стороны!

Елизавета слушала с

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.