его мать переселилась в дом престарелых возле Космического центра Кеннеди, а поблизости как раз появился на свет один из наших внуков – и в итоге мы начали «зимовать» во Флориде. Сейчас поездки во Флориду больше походят на добрую традицию, которая вызывает у нас бурю эмоций и заставляет задуматься: а не переселиться ли туда насовсем?Муж знает, чего хочет, а я тем временем терзаюсь сомнениями. Мне безумно хочется быть рядом со старшей дочерью и ее семьей, а другая дочка, как и мои родители, до сих пор живет буквально в сутках езды от нашего дома в Чикаго. Что бы мы ни решили, кто-то из близких обязательно окажется далеко. Тяжело выбрать что-то одно.Нам с Ричем хочется как можно больше общаться с детьми и внуками – и тем не менее мы осознаем, что в первую очередь должны подумать о себе. Однако при этом, конечно же, глупо переезжать туда, откуда будет одинаково далеко добираться до всех родственников. Поэтому мы все обсуждаем и обсуждаем этот вопрос, а ответ никак не приходит. Мы с Ричем рассмотрели бесчисленное множество воображаемых исходов – настолько часто мы об этом говорим. Попытки определить, каким будет следующий этап нашей жизни, помогли нам лучше понять друг друга. Рич желает мне счастья. Я желаю счастья ему. Сердцами мы стали ближе прежнего, хотя, казалось бы, уже тридцать восемь лет вместе.В эту пусть и на первый взгляд нелегкую пору нам посчастливилось обсудить очень важные вопросы, а именно потребности каждого из нас и общие супружеские обязанности: личные, семейные и денежные. Возможно, поначалу мы и были в чем-то не согласны, однако сегодня едины в желании наконец прийти к «счастливому финалу», который устроит нас обоих. Нам еще только предстоит разместить табличку «Продается» возле чикагского дома.«Чего мне бояться?» Что если работа причиняет боль или даже отравляет душу? А что бывает, когда человек теряет такую работу?
Джон и Кэрол за годы брака повидали разное – и хорошее, и плохое; была в их жизни и любимая работа в окружении дружелюбных коллег, и дни тягот и отчаяния, оставлявшие после себя боль и горечь. Теперь им пришлось столкнуться с тем, что Джон потерял работу.
По их собственным словам, оба росли в нездоровой обстановке. Теперь, когда их дети повзрослели, супруги порой задумываются: «Почему бы, как многие пары, не разбежаться? Что если счастье только впереди?» Джон и Кэрол не поддались искушению. Они стойко держались до этого и вместе справляются с невзгодами сейчас.
Как им удалось преодолеть черную полосу супружеской жизни, которая разлучила столько супругов? Как им сейчас удается справляться с безработным положением Джона? Возможно, мы сумеем на шаг приблизиться к истине, если посмотрим, как они справились с внезапным вторжением в их жизнь еще в начале брака.
«Мои родители так ругались, – рассказывала Кэрол, – однако благодаря Тути мама возвратилась к вере». Тути – так звали еще одну дочь, у которой были проблемы в развитии из-за синдрома Дауна. Она и мать попеременно жили у разных родственников. Когда у Джона и Кэрол появился первенец, они приняли Тути и мать жить к себе. Кэрол была в декретном отпуске, и им впятером приходилось ютиться в небольшом домишке.
Однажды мать спросила: «Можно нам тут