Жених секонд-хенд стр. 110
тебе удалось об этом догадаться.
– У меня очки волшебные, – сказала Виктория. – С их помощью я вижу тебя насквозь.
– А через них видно, как я тебя люблю? – шепнул он ей на ушко.
Виктория рассмеялась и звонко чмокнула его в щеку.
– Я тебя тоже очень люблю! – сказала она так, чтобы слышал только он один.
Лёва счастливо улыбнулся и тотчас натолкнулся взглядом на Терентия, который стоял поодаль и строил ему рожи. Усадив Викторию рядом с Анжелой и убедившись в том, что девушки увлеклись разговором, он подскочил к Терентию и шепотом спросил:
– Что случилось?
– Спрашиваешь, что случилось?! Ты совершенно забыл про наш джокер! Баба
Мура, если мне не изменяет память, по твоему же сценарию должна была сидеть за столом и встречать гостей. А она до сих пор ошивается возле дамской комнаты. Наверное, чувствует себя всеми покинутой.
– А ты что, сам не мог ее привести? Видел же, что я зашиваюсь.
– С какой стати я буду ее вести и куда-то усаживать, когда это твой юбилей. Ты тут распоряжаешься, между прочим.
– Вот так всегда ссорятся сообщники, вместе ввязавшиеся в аферу. Потом начинается потасовка или стрельба из пистолетов. Ладно, я побежал за ней, – махнул рукой Лёва. – Следи за тем, чтобы никому не было скучно.
Он метнулся по коридору к туалетам и обнаружил бабу Муру дремлющей на диванчике. Растолкав старушку, он повел ее в зал, приговаривая, что все ей будут чрезвычайно рады. Баба Мура шла неуверенно и то и дело норовила свернуть с пути. Лёве приходилось практически нести ее, держа под локти.
Не успели они добраться до зала, как услышали голоса – по лестнице поднимались новые гости. Лёва узнал голос Маргариты Ивановны.
– О! Вот и ваша первая родственница появилась, – воскликнул он, рассчитывая взбодрить бабу Муру. – Сядете, поговорите с ней о своих корнях… Вы слова своей речи не забыли?
Старушка помотала головой, подтверждая, что не забыла, и тут же радостно воскликнула:
– Никак Маргаритка?! Маргаритка, это ты? Вот выросла-то! А была такая махонькая, такая тонюсенькая, как прутик!
Маргарита Ивановна, хотя и была морально подготовлена к появлению на Лёвином юбилее своей престарелой родственницы, все равно слегка стушевалась. Выручил ее Валерий Петрович, который быстренько представился бабе Муре и взял ее под свое крыло.
Когда всей компанией они появились в зале, присутствующие встретили их оживленными приветствиями. Анжела вскочила с места и сразу же подскочила к матери.
– Ага! – воскликнула она, уперев руки в бока. – Тебя все-таки привезли обратно!
– Что значит – привезли обратно? Я же не тюк, путешествующий с верблюдами, – оскорбилась Маргарита Ивановна.
– Ма, ну как же так можно?! Я чуть с ума не сошла, когда ты перестала отвечать на звонки.
– Ничего-ничего, иногда немного полезно поволноваться за родную мать, – усмехнулась та.
– И ты обо мне совсем-совсем не думала? – обиженно спросила Анжела.
– Ну, конечно же, думала, дурочка, – ласково сказала Маргарита Ивановна и распахнула объятия. – Иди сюда!
Они некоторое время обнимались, целовались, снова пикировались и обменивались обвинениями, но потом все же угомонились, и Маргарита Ивановна вспомнила бабу Муру.
– Кстати, Анжела, познакомься, это Мария Игнатьевна, твоя двоюродная бабушка.
– Моя собственная бабушка? – изумилась та. – По твоей линии или по папиной?
– По моей, – при воспоминании о муже у Маргариты Ивановны