Библиотека

Зимняя мантия стр. 47

Размер шрифта
-
+
Тема

недостатков, – тихо произнес он. – Поступками Госпатрика пусть руководят его совесть и мужество.

– Какое мужество? – презрительно возразил Вильгельм и неожиданно протянул Уолтефу его топор. – Идите с миром, Уолтеф Сивардссон. И старайтесь впредь избегать неприятностей… – Он помолчал и добавил: – Может быть, я еще подумаю насчет кровной связи.

Уолтеф едва не задохнулся. Он не знал, радоваться ему или сердиться. Как часто Эдвина Мерсийского дразнили обещаниями брака с королевской дочерью, которые так и не были выполнены? Уолтеф только что поклялся быть верным Вильгельму, вне зависимости от того, вознаградят его за это или нет. Но если он получит Джудит…

Ему показалось, что он заметил

холодную насмешку и глазах Вильгельма, как будто тот мог читать его мысли.

– Благодарю вас, сир. – Он поклонился и вышел из шатра. Топорище казалось теплым на ощупь. У него остались его земли, ему подарили жизнь и намекнули о другой возможной милости. Он одновременно был рад и чувствовал тошноту и едва сдержал рвотный позыв в шатре Вильгельма.

Появился де Рюль, по-отечески обнимая за плечи сына. Когда тот хотел подойти, Уолтеф поднял руку, останавливая его.

– Оставьте меня в покое, – попросил он. – Сейчас мне ни до ваших утешений, я должен побыть один.

– Думается, я испытывал бы те же чувства, – кивнул до Рюль и удалился, увлекая за собой Симона.

Симон оглянулся через плечо и бросил на Уолтефа вопросительный, обеспокоенный взгляд. Уолтеф сглотнул комок в горле.

– Это не значит, что я тебя ненавижу, – пояснил он. – Но мои раны кровоточат, а ты только будешь сыпать на них соль. – Он повернулся и пошел к лошадям.

Симон смотрел ему вслед, затем недоуменно взглянул на отца.

Де Рюль сжал пальцами худенькое плечо сына.

– Не беспокой его, – посоветовал он. – Если бы мы были на его месте, а он на нашем, как ты думаешь, нужно ли нам было его общество?

Симон сдвинул темные брови.

– Нет, – с сомнением проговорил он. – Но мне хотелось бы, чтобы все было иначе.

– Так уж устроен мир, – заметил отец, и когда Симон вглянул ему в лицо, то увидел на нем печаль и усталость.

– Значит, вы отдадите ему Джудит? – спросил Юдо Шампанский, потирая большим пальцем ямочку на подбородке. Мысль о появлении в семье графа точила его, особенно после рождения сына. У него самого почти не было земель, потому что, хотя он и был сыном графа Шампанского, жил в изгнании на подачки своего шурина.

– Я над этим думаю, – ответил Вильгельм, снова наклонившись над картой. – Он молод и подвержен влиянию. Если мне удастся привязать его к себе, все будет хорошо.

– А раньше вы не соглашались.

Вильгельм пожал плечами.

– Он просил этого, когда я и так дал ему больше, чем другим англичанам. Он, как ребенок, хотел еще одну конфетку…

– И вспыхнул гневом, когда вы ему отказали, – ухмыльнулся Робер Мортейнский.

Вильгельм мрачно взглянул на своего сводного брата.

– Возможно, это была лишь одна из причин его бунта. К тому же я не верю, что его желание жениться на Джудит вызвано тщеславными побуждениями.

Мортейн хмыкнул:

– Нельзя полагаться на человека, которым управляет похоть.

– Возможно, – кивнул Вильгельм, – а может, и нет. Я привязываю к себе людей тем, что имеется под рукой. Джудит уже достигла брачного возраста, а

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.