Зимняя сказка стр. 2
пронесся по лесу. Темные вершины старых сосен загудели, и в этом гуле Сильвестр и Сильвия ясно расслышали слова.
— Ну что, дружище, стоишь себе? — спросила одна сосна у другой. — Еще держишь небосвод? Недаром звери лесные издавна зовут тебя — Подопринебо!
— Стою-у! Держу-у! — басовито прогудела другая сосна. — А ты-то как, старина? Все сражаешься с тучами? Ведь и тебя не просто так прозвали — Зацепитучу!
— Что-то слабеть я стал, — прошумело в ответ. — Ветер нынче обломил у меня еще одну верхнюю ветку. Видно, и вправду старость на носу!
— Грех тебе жаловаться! Тебе ведь каких-то триста пятьдесят лет. Ты у нас еще дитя! А вот мне уже триста восемьдесят восемь стукнуло, и гляди — скриплю помаленьку!
Тут старая сосна тяжело вздохнула.
— Смотри-ка, ветер опять возвращается, — прошелестела та сосна, что была помоложе. — Под его свист так славно петь песни!
Давай-ка споем про седую старину, про нашу юность. Ведь есть нам с тобой о чем вспомнить, верно?
И под шум вновь налетевшей снежной бури сосны, покачиваясь, запели:
Мы скованы стужей, мы в снежном плену!
Бушует и злобствует вьюга.
Но шум ее клонит нас, древних, ко сну,
Седую мы видим во сне старину —
То время, когда мы, два друга,
Две юных сосны, поднялись в вышину
Над
яркою зеленью луга.
Фиалки у наших подножий цвели.
Белили нам хвою метели,
И тучи летели из мглистой дали,
И бурею рушило ели.
Мы к небу тянулись из стылой земли,
Нас даже столетья согнуть не смогли
И вихри сломить не посмели…
— Да уж, есть нам с тобой о чем вспомнить, о чем порассказать, — заметила та сосна, что была постарше, и тихонько заскрипела. — Давай-ка поговорим с этими малышами. — Тут одна из ее ветвей качнулась, словно указывая на Сильвестра и Сильвию.
— О чем это они хотят с нами говорить? — смутился Сильвестр.
— Лучше бежим домой, — шепнула Сильвия брату. — Я боюсь этих сосен-великанов.
— Погоди, — сказал Сильвестр. — Чего тут бояться! Да вон и отец идет, гляди!
И верно — по лесной тропинке, едва заметной среди сугробов, пробирался их отец с топором на плече.
— Вот это стволы так стволы! Как раз то, что нужно! — воскликнул крестьянин, останавливаясь у подножия старых сосен.
Он уже вскинул топор, чтобы сделать зарубку у корня той, что была постарше, — но тут Сильвестр и Сильвия с плачем бросились к отцу.
— Батюшка, — закричал Сильвестр, — не тронь эту сосну! Это же Подопринебо!..
— Батюшка, и эту оставь! — упрашивала Сильвия. — Ее зовут Зацепитучу. Они обе такие старые! И только что они спели нам песню, какой мы никогда не слышали…
— Чего только эти ребятишки не выдумают! — рассмеялся крестьянин. — Где же такое видано, чтобы деревья пели! Ну да уж ладно, пусть стоят себе, раз уж вы за них так просите. Найдутся и другие, помоложе.
И он двинулся дальше в глубь леса, а Сильвестр и Сильвия остались у подножия старых сосен, чтобы послушать, что еще скажут им эти лесные великаны.
Ждать пришлось недолго. В вершинах снова зашумел ветер. Он разгулялся: только что побывал на мельнице и так лихо вертел мельничные крылья, что от жерновов только искры во все стороны сыпались, а теперь налетел на сосны и принялся немилосердно трепать