Жираф Джим стр. 73
понимаю, что там интересного: какать, а потом катать кучку какашек по этой длинной деревянной штуке?
— Он совсем не умеет играть в боулинг, — говорит Джим мне на ухо.
Барри поднимает глаза.
— Что ты сказал? Что я всегда безнадежно проигрываю? Хочешь сказать, что я неудачник?
— Ты же ни разу не проиграл, Барри. С твоей внушительной кучкой какашек ты всегда делал страйк.
— Тогда почему меня побили?
— Ты какал в общественном месте, — говорит Джим. — Чего же ты ждал?
— Я носорог, — отвечает Барри. — Чего же они ждали?
Вик приезжает вовремя, с точностью до секунды, и мы приступаем к решению серьезной проблемы по организации размещения всех нас в машине. Будучи программистом, Вик в совершенстве владеет навыком решения серьезных проблем. К несчастью, подавляющее большинство этих проблем относится к области абстрактной математики и не имеет соприкосновения с повседневными бытовыми задачами, типа как втиснуть жирафа и носорога в хэтчбек.
— А мы сейчас куда? — интересуется Барри, пока мы с Виком пытаемся запихать его на переднее сиденье.
— Ко мне, — говорит ему Вик.
— Нет, до того, как к тебе.
— Мне надо заехать заправиться, — говорит Вик.
— Нет, до того как заправиться. Куда мы сейчас?
— Он имеет в виду машину, — говорит Джим. — Мы садимся в машину.
— В какую машину?
Мы с Виком качаем головами. Похоже, нас ждет утомительный вечер.
— Нет, ничего не получится, — говорит Вик. — Ему придется сесть сзади.
— Тогда можно мне сесть впереди? — говорит Джим, приплясывая от восторга. — Можно будет открыть люк.
— Хорошая мысль, — говорит Вик. — Высунешь голову в люк, будешь смотреть, нет ли пробок. Скотт, тебе придется сесть сзади, с носорогом.
Я хлопаю себя ладонью по лбу, демонстрируя свое несогласие.
— А что, если он там насрет?
— Ну, подложим какое-нибудь покрывальце, — говорит Вик.
— Не насру, — говорит Барри, забираясь на заднее сиденье. — Я только-только покакал, на клумбе.
— А почему деревья убегают? — интересуется Барри, глядя в окно.
— Потому что ты злой, — говорит Джим сверху.
Барри моргает, из его серых глаз текут тихие слезы. Я высовываюсь в окно и смотрю снизу вверх на жирафа, высунутого в люк.
— Джим, — говорю я, — не смущай его. Он и так весь растерян.
— Правда? — говорит Барри. — А я даже не знал.
— Барри, — ласково говорю я, — деревья не убегают. Они стоят на месте. Это мы едем мимо деревьев, в машине Вика.
— А я думал, что мы под раковиной.
Вик живет с мамой, в мамином доме, в дальней комнате на втором этаже, где прошло его детство. Как и у всякого программиста, вместо любящей жены у него — любящая мама и навороченный компьютер, самый лучший
из существующих на данный момент на потребительском рынке. Он говорит нам: «Садитесь», — но у него в комнате только один стул, так что Вик сбрасывает с кровати книги по программированию, и мы садимся на кровать. Я — в головах, Джим — посередке, а Барри — в ногах. Барри сосредоточенно смотрит в потолок.
— Что он там высматривает, Джим?
— Трубы, — отвечает Джим. — Он думает, что мы под раковиной.
— Барри, это комната Вика.
— Правда? — говорит Барри. — А я даже не знал.
Я интересуюсь у Барри, играет ли он в компьютерные игрушки.
— Да. То есть нет. То есть не знаю.
Вик уже загрузил компьютер и теперь набирает команды