Златовласка зеленоглазая стр. 208
как сказала сегодня госпожа старший лейтенант. Я сильнее, я умнее, я старше их. Не стоит уподобляться реакциям и поведению низших. Я не они! Хотя… Хамство и эгоизм могут распугать всех вокруг. И проблемы не будет.
Я вздохнул.
Все бы было прекрасно, если б не подлое тело! Может, «поковыряться» в себе? Че-нить подрегулировать, подкрутить, завинтить… Знания вроде есть… Не! Бредовая затея. Пока на ком-то не испытаю, в себя не полезу! Не полигон, чай. Черт знает, во что можно превратиться! Ладно, буду-ка я спать. Вроде захотелось. А то завтра опять весь день трястись…
Я перевернулся набок, невидимыми руками закинул камешек в соседние
кусты, чтобы Анжи не скучала, и закрыл глаза…
Эста знает все.Кабинет начальницы тайной стражи Этории. За столом — хозяйка в строгом черном мундире внимательно читает листок донесения старшего лейтенанта Бригит, доставленное ей пару минут назад.
«…отношения в группе между Аальстом и курсантками остаются напряженными. Мое мнение — Аальст специально создает конфликтные ситуации, ведущие к эскалации конфликта между ним и участницами группы. Подобное поведение идет вразрез с психотипом его характера, описанным в документе, данном мне для ознакомления. Либо в нем допущена ошибка, либо Аальст преследует какие-то свои, пока не ясные мне цели.
Общение курсанток с Аальстом минимальное. Контактов на почве общих интересов (рисунки, музыка, книги) не наблюдала. Никто из группы до сих пор не попытался заняться своими увлечениями. Согласно полученным указаниям в данную ситуацию я не вмешиваюсь. Однако хочу отметить, что особо острые отношения у Аальста сложились с курсанткой Ринатой, как раз играющей на гитаре. За время путешествия она ни разу не достала инструмент из чехла…»
Эста выпятила вперед губы и разочарованно прижала верхнюю к носу.
«Сообщаю о чрезвычайном происшествии, произошедшем позавчера. Из сделанного Аальстом заявления в присутствии всех членов группы следует, что он друид ранга „говорящий со зверями“».
Брови Эсты удивленно приподнялись.
«Друид, как объяснил он, это особый, редкий вид эльфа. За что ему владычицей эльфийского леса (пока не удалось узнать какого) была подарена серебряная флейта работы древнего мастера, на которой он играет каждый вечер, издавая очень неприятные и громкие звуки…»
«Друид? Первый раз слышу такое слово! — удивленно подумала Эста, дочитав до этого места. — Что за друид такой? И эльфы… Чтобы сама правительница леса, да подарила флейту? Это либо беспардонная ложь, либо… Я даже не знаю, что нужно сделать человеку, чтобы получить от эльфов такой подарок! Да и как он к ним попал? Хотя… где-то же он болтался эти месяцы, пока мы его искали? Но к эльфам? Это слишком невероятно, чтобы быть правдой! И что, если он редкий вид эльфа, мой внук, что, — тоже эльф? Пусть не чистокровный, но все же… Да ну! Ерунда какая-то!»
Эста вернулась к чтению.
«В доказательство своих слов Аальст показал, как он разговаривает с деревом…»
Эста подняла глаза к потолку и попыталась представить Аальста и раскидистый ясень, разговаривающих друг с другом. Воображение, хоть и силилось, но картинку никакую создать не смогло, и она вновь опустила глаза.
«Заявляю как свидетель — дерево с ним говорило! Двигало в ответ на вопросы ветвями и шуршало листвой. Никакой магии Аальст при этом не творил. Осмотр места события тоже