Зло побеждает зло стр. 8
разместились за относительно чистым углом стола. — Но мне хотелось бы получить за нее пять тысяч марок. Всего лишь пять тысяч!
— То есть вы хотите оплату вперед? — недовольно нахмурился герр Фромм. — Боюсь, в этом случае…
— Мне достаточно вашего слова, — поспешно перебил я директора фабрики.
— Если предложение того стоит, не вижу проблем.
— Отлично!
Вооружившись листом бумаги и карандашом, я быстро изобразил «изделие» — цилиндр с плавно закругленным концом:
— Примерно так выглядит ваша основная продукция сегодня.
— Вне всяких сомнений, — кивнул головой герр Фромм.
— А вот так ее нужно изменить! — я дорисовал на конце «пимпочку». — Это резервуар для спермы. Повышает удобство использования и снижает вероятность разрыва. Может быть и не значительно, но по крайней мере, есть шикарный рекламный повод.
Надо отдать должное, суть идеи презервативный фабрикант уловил сразу. Несколько минут он молча смотрел на «чертеж», потом хмыкнул:
— Вы сумели меня удивить, герр Обухов! Чувствуется обширная практика!
Вместо ответа я скромно улыбнулся.
— Пишите! — продолжил он. — Можно прямо на этом вашем, гхм… чертеже. Я, такой-то, в здравом уме и твердой памяти, продаю все права на изобретенный лично мной Sperma-Empfänger…
Не прерывая диктовки, директор вытащил из кармана пиджака небольшой блокнотик, быстро черкнул в нем несколько строчек, поставил размашистую подпись.
«Что это, неужели записка кассиру?!», — успел обрадоваться я. — «А мог ведь просто вытолкать взашей»!
— Получите! — он ловко вырвал листочек из книжечки и протянул его мне. — Очень надеюсь, ваше изобретение стоит хотя бы этих двух тысяч!
— Но…
— Ни пфеннигом больше! — отрезал герр Фромм. — И без того я вам доверяю более разумного.
Я присмотрелся к полученному документу. Сверху, в синей орнаментной полосе, надпись Deutsche Bank, под рукописным текстом с датой, моей фамилией и суммой угадывался водяной знак в виде немецкого гербового орла. Скромно, но со вкусом.
— Не сомневайтесь, мой чек примут в любом банке! — директор покровительственно толкнул меня в плечо, поднимаясь со стула. — Приходите, если еще что-нибудь изобретете!
«Так вот ты какая, чековая книжка!», — наконец-то догадался я.
Мысль о широких возможностях подобного финансового инструмента заняла меня ничуть не менее, чем скупость презервативного магната. Так что спускаясь к выходу, я мечтал о двух вещах — собственной чековой книжке и неизбежной национализации фабрики после прихода к власти герра Гитлера.
Обратно в Metzler Bank я, можно сказать, летел… — увы, только в мечтах. По «странному» совпадению состав Deutsche Reichsbahn из Берлина во Франкфурт тащится все ту же половину суток, что из Франкфурта в Берлин. Снова коротать ночь, скрючившись на деревянной лавке? Идиотское решение, когда есть деньги. В банковской ячейке меня ждет целое состояние, так какой смысл экономить жалкую сотню марок? Опасение обнаружить на месте кучи долларов или фунтов бессмысленные гэпэушные бумаги, или того паче, пустоту, шевелилось лишь в самой глубине души. Но только там, под спудом убаюкивающей формулы «гроши все равно не спасут»; уж слишком мне надоело экономить каждый пфенниг.
От окошечка кассы на Lehrter Bahnhof я отошел с билетом в первый класс. Времени до отправления вполне хватало на обед. Можно устроиться в любом ресторанчике, но я все же решил прогуляться до «судьбоносного» Wertheim. Благо, тут все оказалось рядом. Сперва перебраться по старомодному, оснащенному чугунными фонарями и кирпичными грифонами мосту через Шпрее. За ним