Зло торжествует стр. 300
на которую, бросили камень, но светящаяся оболочка выдержала напор и вернулась в прежнее положение, затем снова прогнулась, но уже сильнее.
Выдержала она и второй натиск, но на этот раз я почувствовал, как протоизмерение содрогнулось от свистящего стона. Я посмотрел на Пигмалиона и увидел, что он скорчился от напряжения, словно пытался своей болью и сосредоточенностью укрепить защитную оболочку собственного святилища. На его лице появилась гримаса, сменившаяся ухмылкой, и я ощутил его торжество, но и то, и другое скоропостижно скончалось.
Во время третьего приступа защитная сфера измерения не прошла испытания на упругость и раскололась. Небо в центре цилиндра треснуло, словно скорлупа, и его кусочки упали внутрь. В падении они прилипли к стенам цилиндра, и золотистое сияние стало ярче – межпространственные врата всосали энергию, которую Пигмалион использовал для укрепления своего владения. Еще один кусок упал внутрь, потом два других исчезли в черной бездне за трещиной.
НЕТ! Мысленный крик ужаса пробрал меня до глубины души и внушил почти жалость к маленькому человечку, парящему надо мной. На мгновение – страшное, болезненное, кровоточащее мгновение – Пигмалион вспомнил, что значит быть человеком в присутствии одного из самых могущественных Темных Властелинов во Вселенной. Это воспоминание нарушило его сосредоточенность, и в то же мгновение верхний сегмент сферы отвалился, словно верхушка черепа под пилой патологоанатома.
Скрипичник, похожий на разъяренного паука, протиснулся в измерение Пигмалиона. Он приземлился в круг межпространственных врат и вызвал землетрясение. Почва вздыбилась, сбивая с ног всех, включая тех воинов Пигмалиона, которых не раздавили лапы Скрипичника. Ударная волна поразила даже Пигмалиона и отбросила его назад.
Воины Пигмалиона поднялись и атаковали Скрипичника. Они карабкались по его ногам, словно по внешним стенам небоскреба. Темный Властелин, едва ли сознававший, что подвергся нападению, потряс нижними конечностями, как кошка, намочившая лапку; воины Пигмалиона разлетелись в разные стороны и погибли, врезавшись в здания, которые недавно были их жилищами.
Когда я увидел воинов на желто-зеленом
экзоскелете Скрипичника, они показались мне тлей на фоне стебля розы. Хотя я уже дважды видел своего бывшего господина – один раз в Фениксе, когда он пытался войти в межпространственные врата, другой раз – в измерении, где он дал нам Вету, – у меня никогда не было эталона, чтобы представить себе его истинные размеры. Он сбил в Фениксе вертолет, но так и не протиснулся в город весь целиком. Теперь я обнаружил, что приуменьшал в воображении его размеры. Каждая его нога была способна раздавить небольшой жилой квартал, а в лежачем положении он запросто мог бы служить мостом через двухмильную брешь, отделяющую Центр от башни "Лорики".
Каждым своим шагом сотрясая маленький мир, Скрипичник подошел к границе межпространственных врат и переступил ее.
– Ты преуз-з-зпел, моя забава. Я пришел.
Я поднялся на ноги и задрал голову, чтобы увидеть его всего. При этом я едва не вывихнул себе шею.
– Твоя очередь.
Огромный Темный Властелин вытянул переднюю конечность, выдвинул ее, словно телескоп, вперед и раскрыл трехпалую ладонь. Пигмалион по сравнению с ним выглядел мошкой, не больше комара, и оказался таким же вертким. Он взметнулся вверх и проскользнул у Скрипичника между пальцами, которые сомкнулись с громовым хлопком.
Скрипичник щелкнул жвалами и, повернув голову, проследил взглядом за убегающим к черному