Зло торжествует стр. 308
не ощутил, зато уловил слабое ностальгическое чувство обманутой надежды и самодовольство, которое ужалило меня, словно порыв морозного ветра. Когда алмазный тор впился в шею Скрипичника, он посмотрел на меня, и его жвалы шевельнулись.
– Это только начало, моя з-забава.
Тороид превратился в диск, и голова Скрипичника отлетела от тела.
Алмазная Императрица подняла тело Нэтч на цыпочки и чмокнула меня в щеку.
– Я знаю, он казался таким безобидным, но таким он был и тогда, когда начинал свой путь наверх.
Я оглянулся на других миранджеек.
– Есть ли хотя бы малейшая вероятность, что они снова объединятся?
– Без другого синтезатора – нет.
Синтезатор. Я знал, что могу им стать, приняв власть Темного Властелина, и все же не мог заставить себя даже подумать о том, что соберу народ Скрипичника и снова подвергну их мукам, которые они терпели, будучи частью его существа.
Нет, пока я жив, пока я дышу, они будут сами себе хозяева, в этом или в другом измерении.
Они достаточно настрадались.
Императрица взяла меня за руку и описала в воздухе круг другой рукой. Ее движение вызвало рябь, словно она взбаламутила жидкость и разрушила отразившийся в ее поверхности образ.
– Пойдем со мной. Койот. Мы должны вернуться к твоим друзьям и рассказать им о моей победе.
– Твоей победе?
Ее торжествующая улыбка совершенно не соответствовала образу Нэтч. Таща меня за собой к измерению, где умер Пигмалион, она поправилась:
– О нашей победе, мой милый. Конечно, о нашей.
Глава 32Каким бы ни было измерение Пигмалиона раньше, кончина его создателя плохо на нем отразилась. Когда Алмазная Императрица притащила меня туда, я почувствовал, как утекает жизнь из бессчетного воинства Пигмалиона, и из мира, в котором оно появилось на свет. Гибель Пигмалиона принесла смерть его воинам, и их отчаяние окатило меня ледяным дождем. Лишенное своего Темного Властелина, но еще обманчиво яркое и теплое, протоизмерение на глазах превращалось в мертвый мир.
Самый мощный очаг жизни сохранился вокруг моих друзей. Казалось, их удивило поведение той, в ком они видели Нэтч. Она втащила меня в измерение, словно юная девушка, тянущая упирающегося поклонника на идиллическую весеннюю прогулку. Алмазная Императрица выпустила мою руку, хихикнула и исполнила пируэт. Она улыбнулась Бату, потом легко побежала, кружась, к упавшей башне.
Когда она отдалилась, я пошел к остальным.
Они сидели и стояли в тени, отбрасываемой «Апачи» – Йонека. Джитт и Раджани сидели рядом с Мики и что-то тихо ему говорили, а Синклер стоял за ними, ласково обняв Раджани за плечи. Бат сидел чуть поодаль, беседуя с Йонеком по-польски, а Кроули, Хэл и Неро Лоринг тесной кучкой стояли в самом центре тени.
Я заставил себя сосредоточиться на радостных улыбках, которыми встретили меня друзья, и отрешиться от страданий автоматов, постепенно умирающих в разрушенном городе и в песчаной пустыне за его пределами. Хотя меня и воспитали убийцей, результаты моей работы никогда не вызывали у меня радости, и я не хотел бы научиться ее испытывать. Я повернулся к умирающим спиной и с искренней теплотой улыбнулся друзьям.
– Я очень рад, что Скрипичник не расправился с вами прежде, чем погнался за мной. – Я посмотрел на Мики:
– Спасибо тебе. Ты спас мне жизнь.
Он кивнул, но как-то вяло.