Зловещий трофей стр. 62
дальше? — обернулся он к подчиненным. — У вас имеется план дальнейших действий?
Слово взял Васильков:
— Нам, конечно, очень хотелось бы найти пропавший «Хорьх» и чтобы золото при этом оставалось в тайнике. Но шансов на такой исход крайне мало.
— Мизер, — кивнул комиссар.
— Автомобиль ремонтировали механики погибшего командира полка Стародубцева. Потом неизвестные лица угнали его от штаба дивизии Кононова, на какое-то время он исчез из поля зрения, пока не всплыл на железнодорожной станции венгерского городка Веспрем. Там его погрузили на платформу и отправили в Советский Союз. Неделю, а то и две он путешествовал по железной дороге. В Москве его пару месяцев эксплуатировал инвалид Хлынов.
— Пока его не угнали и у Хлынова, — вставил Старцев.
— Верно. Поэтому золота в машине мы, скорее всего, не найдем, — заключил Васильков. — Значит, нужно искать того, кто все это время охотился за «Хорьхом».
— Кажется, я догадываюсь, о ком идет речь.
— Вы правы, товарищ комиссар. Из всей этой долгой и запутанной истории странным образом выпадает один человек — личный водитель генерала Пфеффера.
— Вы правы, Александр Иванович! Разыщите его, — распорядился Урусов. — Если понадобится моя помощь, звоните или обращайтесь в любое время суток.
Глава тринадцатая
Венгрия, район озера Балатон Февраль — март 1945 года
К дежурившему возле развилки посту смена подоспела вовремя.
Пока капитан информировал прибывшего с командой бойцов поручика о недавнем инциденте, подофицеру Захари обработали и перевязали рану. Она оказалась неопасной — пуля повредила мягкие ткани плеча, не задев кость. Крови он потерял немного, чувствовал себя нормально и страстно желал найти проклятого водителя, убившего двух его товарищей.
Тела погибших погрузили в кузов машины и отправили в расположение батальона, после чего грузовик должен был вернуться на пост. А капитан Захари и еще два свободных бойца отправились вдоль пустынной дороги в том направлении, куда умчался злосчастный легковой автомобиль…
Прошлой ночью берега Балатона прихватил легкий морозец, с рассветом потеплело, а поднимавшееся все выше солнце и
вовсе растопило иней и стало припекать.
Шли долго, всматриваясь в размокшую обочину, в траву, в прошлогодние листья. Проехать здесь, не оставив следов, не получилось бы даже у велосипедиста. Но покуда съехать с дороги было невозможно: по левую сторону торчали бетонные столбики, за ними зиял невысокий обрыв, а дальше в темной озерной воде покачивались серо-зеленые пятна льда, справа почти вплотную к асфальту подступал густой лес.
Протопали больше двух километров.
— Проклет да си, негоднико, — едва слышно ругался Захари, понося убийцу молодого Христо. — Той просто искаше да повярва на документите ти, а ти го уби. Бясно куче…
Наконец шагавший впереди капитан заметил впереди нырнувший в лес проселок. Подошли ближе.
— Следы, — указал он на свежие отпечатки автомобильных колес. — Похоже, это он.
Бойцы на всякий случай сняли с плеч винтовки, поправили поясные ремни с кирзовыми подсумками для патронов. Офицер вынул из кобуры пистолет и скомандовал:
— Внимательно смотреть по сторонам. За мной…
Листву деревья сбросили в конце ноября, но из-за отсутствия снега, из-за высоты стволов, а также из-за плотного кустарника лес все равно казался темным, пугающе мрачным.
Старая пожухлая листва лежала повсюду. Там, где ее было много, следы колес пропадали. Однако потерять их полностью капитан болгарской армии не боялся — автомобиль ехал, не разбирая дороги,