Жмурки стр. 131
более или менее подходящую версию помог. Теперь за Яной будут следить, и, если маг решит отправить ей какой-то подарок, его поймают. Задержат любого, кто позвонит в ее дверь, если маг решит использовать посредника. Конечно, оставались еще варианты, что подарок ей попросту подбросят под дверь или в почтовый ящик, но эти варианты были тупиковыми, а потому о них решили пока не думать. Квартиру Яна снимала в старом доме, ни о каком видеонаблюдении речи там не шло, а быстро и незаметно камеры поставить невозможно. Но шанс все равно оставался.
Весь день Лосев провозился в Поместье и Следственном комитете, а к вечеру, уставший и
голодный, прямиком направился к Анюте. Она лежала в платной палате, посещения которой были разрешены хоть ночью. Лера и родители привезли ей все необходимые вещи, друзья и подписчики завалили палату цветами, игрушками и сладостями. Анюта лежала на высокой больничной кровати, заправленной внезапно жизнерадостным постельным бельем в желтый цветочек, и выглядела бледной и больной. Глаза ее закрывала белая повязка, от руки к мониторам тянулись провода.
– Привет! – неловко улыбнулся Лосев, кладя на стол букет белых роз. – Как ты?
Анюта не повернула к нему голову, будто не услышала, и Лосев уже подумал, что она спит, когда жена ответила:
– Надо же, ты все-таки решил заехать.
– Ань, я за весь день ни на минуту не присел, – извиняющимся тоном сказал Лосев. – Я заехал бы раньше, но не мог, честно.
Анюта скривилась.
– Тебе твоя работа важнее меня.
Он мог бы ответить, что ей ее работа тоже важнее ее самой, иначе разве поперлась бы она в грозу в логово маньяка? Все ради контента, ради подписчиков, ради блога. Но ссориться с женой в его планы не входило, поэтому он промолчал. Присел рядом на кровать, взял ее за свободную руку.
– Как ты себя чувствуешь?
– А как, по-твоему, я должна себя чувствовать? – огрызнулась Анюта. – У меня все болит, глаза жжет так, будто в них кислоты налили, я ничего не вижу и, возможно, уже и не увижу. Как я буду блог теперь вести?
– Аня! – воскликнул Лосев. – Не о блоге тебе сейчас надо думать, а о своем здоровье!
– Так я о нем и думаю! Знаешь, сколько денег понадобится на лечение? Где мы их возьмем? С твоей зарплаты клинику в Германии не оплатишь.
– Разве здесь тебе плохо?
– Хорошо, пока я за это плачу. Но это только первый этап. Если после снятия повязки зрение не вернется – а врачи пока ничего сказать не могут, – то мне понадобится нормальное лечение и реабилитация. И уж точно не здесь.
– Я что-нибудь придумаю, – заверил Лосев.
– Ага, конечно! – фыркнула Анюта. – Банк ограбишь? Или сам блог вести начнешь? Ты, похоже, не понимаешь, о какой сумме пойдет речь для лечения за границей!
– Давай не будем думать об этом заранее.
– Конечно, это ведь не твое здоровье!
Анюта распалялась все больше, и Лосеву стоило больших усилий сдерживаться. Она имела бы право злиться, безусловно, если бы только не была сама виновата в том, что случилось.
Лосев просидел у нее еще пятнадцать минут, прощупывая почву для разговора, но на все его предложения Анюта только огрызалась и хамила. Он очень устал за последние дни, поэтому предпочел уйти, пока не