Знак Близнецов, Потерянный рай стр. 2
стало растерянным.
Антон отложил гитару и встал.
— Слушай, Серега, ты надоел! — угрожающе проговорил он, сверля пилота холодным немигающим взглядом. — Сейчас получишь по морде и сразу поправишься. Говорят, хорошее средство при клаустрофобии!..
— Тихо! Не заводитесь! — Берг втиснулся между ними, примирительно подняв руки. — Друзья мои…
— А пошли вы все!.. — Сергей оттолкнул Виктора и не оглянувшись выскочил из отсека.
— Молодец!.. Испортил вечер и убежал… — грустно вздохнула Ольга.
Вечер действительно был испорчен, хотя и без этой сцены никто не чувствовал себя спокойно. Нервы у присутствующих были напряжены, и на молодых лицах нет-нет да и проскальзывала неуловимая тень страха и беспокойства.
— Так что, Витя? — Андрей встал. — Ничего нового?
— Определяемся… — вздохнул Берг. — Константин Эрнестович корпит в рубке. Весь зеленый уже…
— Короче, заблудились окончательно?
— Не знаю. Ядро Галактики. Какое-то шаровое скопление.
Андрей погасил окурок.
— Ладно, мне через полчаса на вахту, — проговорил он, посмотрев на часы. — Увидимся.
Антон посмотрел ему вслед и криво усмехнулся.
— Артист… А куда же мы денемся отсюда? — крикнул он Андрею. — Конечно, увидимся…
* * *Константин Эрнестович Галанин, командир колониального транспорта «Кривич», тяжело переживал бремя своей ответственности. Ему уже было далеко за пятьдесят, и Галанин чувствовал, что его организм не справляется с теми нагрузками, которые выпали ему за последние несколько суток…
— Константин Эрнестович! — раздался
за спиной голос навигатора корабля, Андрея Вербицкого.
Он потер красные от хронического недосыпания глаза и повернулся.
В рубке управления основного модуля «Кривича» было трудно пройти из-за переизбытка аппаратуры. Консоли управления, пульты, компьютерные терминалы громоздились один над другим, изредка перемежаясь экранами обзора и контрольными мониторами. Все это работало: лениво подрагивали стрелки индикаторов, вспыхивали и гасли искорки контрольных сигналов, автоматически щелкали переключатели, тихо шуршали приводы дисководов и вентиляторы.
Вербицкий сидел за своей консолью. На экране перед ним сменяли друг друга какие-то графики и уравнения.
Галанин умудрился протиснуться между двумя блоками навигационной системы и сел в соседнее с Андреем кресло.
— Что у тебя, Андрюша?
Это отеческое отношение изобличало в нем человека пожилого и интеллигентного, и, глядя на усталое лицо командира, с отеками под глазами, чуть виноватой добродушной улыбкой, трудно было представить, что этот человек налетал больше пяти тысяч часов по Солнечной системе, участвовал в двух марсианских войнах и служил в спецвойсках…
— Взгляните, что я нашел! — проговорил Андрей, вместе с креслом отъехав от рабочей панели компьютера, чтобы командир тоже мог взглянуть на экран. Он достал сигарету и мял ее в пальцах, не решаясь закурить в присутствии Галанина.
Константин Эрнестович некоторое время критически разглядывал уравнения.
— Интересно… — наконец произнес он. — Но требует пояснений.
— Это доказательство нашей ошибки, командир, — твердо сказал Андрей, уже дважды перепроверивший результат. Он констатировал факт, и от этого ему было не по себе. — Мы вошли в гиперсферу в указанной точке, пробыли в ней ровно столько, сколько пробыл «Ванкор», но вышли Бог весть где, несмотря на полное совпадение векторов входа.
Он вздохнул и посмотрел на Галанина.
— Я искал разумное объяснение, — продолжил он, все-таки не выдержав и прикурив. Дым сизой струйкой потянулся к раструбу регенератора воздуха, но Константин Эрнестович, казалось, не обратил внимания на эту вольность.
— Ну, ну, продолжай, я слушаю.
— Так вот, я пришел к выводу, что причина в массе «Кривича», которая в шесть