Знак Зодиака Змееносец стр. 102
чтобы отправиться в больницу, Сладчий, превозмогая себя, вызвал наряд милиции и написал заявление об ограблении.
Глава 28
– И вы, Виктор Игоревич, утверждаете, что не запомнили больше никаких особых примет незнакомки? Даже имени её не спросили? – уточнила Киряк, глядя на высокого холеного брюнета лет под сорок.
Сладчий отрицательно мотнул головой.
– Не поверите, но нет. Малышка, крошка, девочка… этих слов обычно волне хватает. К тому же я был слишком пьян и чересчур самоуверен в ту ночь. А всё оттого, что давно привык к тому, что девки сами из юбок выпрыгивают, стоит им только «хрусты» показать.
– С трудом, но я вам верю, – нейтральным тоном ответила Олеся Сергеевна, стараясь держать себя в руках и не злиться на этого самовлюбленного индюка. – Однако в любом случае, пока идёт наше – другое – расследование, я рекомендую вам проявить дополнительную осторожность.
– Не понял, так вы сейчас ко мне по другому делу заявились? – бросил в её сторону спесивый бизнесмен. – А мои денежки кто искать будет? Или всё, поставили на этом крест?
Подавив в себе вторую волну гнева – уж очень надменно вел себя Сладчий, видимо, ощущавший себя как минимум крупным медиамагнатом, – Киряк спокойным безразличным голосом, словно нехотя, произнесла:
– Виктор Игоревич, уточнённые обстоятельства вашего дела дают нам возможность предположить, что, став жертвой ограбления, вы ещё очень легко отделались, поскольку всё могло быть намного хуже. Уж не знаю, по какой причине, но вас намеренно оставили в живых. Подумайте сами, что стоило вашей ночной гостье превысить дозу препарата, и тогда летальный исход вам был бы гарантирован.
Эти слова и тот тон, каким они были произнесены, не на шутку испугали «коммерса», поскольку взглянуть в подобном ракурсе на обстоятельства своего ограбления он ни разу не пробовал.
– А что, всё так серьёзно? Были и другие случаи? И… жертвы? – последние слова он произнёс уже тихим, испуганным голосом.
Было хорошо заметно, как вся его напускная бравада и спесь сию секунду куда-то внезапно улетучились, и лишь теперь перед сотрудницей уголовного розыска проявилась истинная личина Сладчего, как трусоватого и неуверенного в себе человека.
– Есть, – абсолютно уверенно заявила Киряк, уж очень ей хотелось спустить с небес на землю зарвавшегося торгаша. – А потому повторяю свой вопрос: вы точно не припоминаете никаких особых примет?
– Сейчас попробую… – было видно, что тот изо всех сил пытается напрячь свою память, чтобы извлечь оттуда хоть какую-нибудь полезную информацию. – Да-да, вот сейчас я вспомнил… у неё на руке что-то было: не то старые порезы, не то следы от операции. Я тогда не придал этому какого-то значения. Да вы сами можете по… – в этом месте он запнулся.
«Что же делать?.. Если я расскажу ей про свою маленькую видеостудию, то смогу вызвать у милиции нездоровый интерес к своей персоне. Возникнут лишние вопросы. А что я им отвечу?.. Снимаю домашнее порно?.. Нет, пожалуй, лучше промолчу».
– Что же вы замолчали, Виктор Игоревич? Что я могу посмотреть?
– Словесный портрет, фоторобот, – быстро сообразил он. – Он есть у вас в деле.
«Темнит… – решила Киряк, но настаивать не стала. – Нет так нет».
– Хорошо, я обязательно ознакомлюсь с описанием незнакомки. Но на всякий случай, если вы вдруг что-то вспомните, то вот вам мой