Знак Зодиака Змееносец стр. 53
с одной маленькой просьбой. Если обстоятельства данного расследования позволят, то, пожалуйста, не предавайте широкой огласке наши маленькие тайны. Ну, вы понимаете, о чём я… – и директриса заискивающе взглянула на оперативницу.
– Хорошо, – пообещала Киряк, которая и сама не любила без лишней надобности лезть в чужую личную жизнь. – Я буду иметь это в виду.
Покинув кабинет, Олеся Сергеевна направилась по коридору к центральному входу. Она уже было собралась взяться за ручку, как внезапно откуда-то сбоку раздался насмешливый старушечий голос.
– Ну что, разворошили наше гнездо содомье? Теперича голубки запрыгают, а то совсем, окаянные, стыд потеряли. Давеча двоих таких у репетиционной зале застала цалующимися. И енто взрослые, сурьёзные люди… музыканты, у обоих-то и семьи, и детки малые… Тьфу!..
Киряк повернула голову и увидела сухонькую старушку в синем халате технической работницы и цветастом платке, повязанном на голове. В одной руке бабка держала ведро, наполовину наполненное мутной водой, а другой сжимала видавшую виды деревянную швабру.
– Простите? – Олеся Сергеевна сделала вид, словно не поняла о чём идёт речь.
– Да слыхала я ваш тутошний разговор с дирехтором. И Димка – лебедь белая, к вам подходил ещё. Всё печалился, что Кулебаба, его любовничек, околел. А я вам вот что скажу… Я здесь полы трижды в неделю мыть прихожу и бывает, такого тута наслушаюсь да насмотрюсь, что потом даже в церкву стыдно зайтить! – старушка явно входила в раж.
Её глаза загорелись фанатичным огнём истово верующего человека, а морщинистое суровое лицо постепенно стало набирать пунцовый цвет.
– Это всё сатана их с пути истинного сбивает да похоть в ихних чреслах разжигает! – громогласно провозгласила старая техничка, потрясая воздух шваброй. – Вот Бог и карает каждого из них за грех-то содомский, кого как… Вот и главного тутошнего развратника – Кулебабу – он сначала болезнью смертельной наказал, абы тот уразумел, а когда тот, дурак, не понял, Господь огонь на него напустил очищающий.
«Это что ещё за болезнь такая смертельная, которой заболел погибший маэстро?» – неспокойная мысль быстро захватила всё внимание Киряк.
– Извините, я не знаю, как вас зовут… – начала, было, сотрудница уголовного розыска, но старушка её быстро перебила.
– Октябрина Ильинична я.
– Октябрина Ильинична, о какой смертельной болезни вы только что говорили?
Лицо технички приняло ещё более строгое и суровое выражение. Теперь она, очевидно, представляла себя ни больше ни меньше судьей, собирающимся вынести кому-то обвинительный приговор. Немного откашлявшись, она почти по слогам отчеканила:
– Болезня ента страшная… половая… СПИДА кличется.
От удивления у Киряк брови непроизвольно поползли вверх.
«Хо-хо-хо… вот так поворот. А это уже и мотив наклёвывается… А что, если Кулебаба кого-то из своих половых партнеров заразил ВИЧ? здесь тогда и местью может попахивать… – тут же стала выстраиваться в её голове логическая цепочка. – Тогда что же получается?.. Хм… Да ничего пока не получается… Какая может быть связь между этим фактом и нашим бородатым серийным маньяком, избирательно убивающим пожилых женщин? Да ещё и эта астрология… Нет, что-то здесь явно не сходится…»
– Подскажите, а откуда у вас имеется такая информация? Вы точно уверены в том, что мне сейчас рассказали? – на всякий случай уточнила она.
Не говоря ни слова, старушка поставила на пол ведро, прислонила к стене швабру,