Знак Зодиака Змееносец стр. 86
– Ты?.. – удивленно протянул заплетающимся языком пьяный музыкант. – Вот уж кого действительно не ожидал сегодня увидеть, так это тебя… Какими судьбами?
– Что, Дим, опять бухаешь? А как же наше дело? Ты что забыл про наш договор?
– Ничего я не забыл! – огрызнулся Якобсонс, который в пьяном состоянии был полной противоположностью себе трезвому: агрессивный и вызывающе дерзкий. – Да я его, падлу, собственными руками придушу, если точно буду знать, что это он, гадина, Сергея Георгиевича поджёг!
Якобсонс изо всех сил напряг обе руки и сделал движение, словно скручивает кому-то голову. Рот молодого мужчины хищно оскалился, пухлые губы задрожали, и следом он стал извергать какие-то рычащие и одновременно хрюкающие звуки.
– Остынь! Давай в комнату зайдем, а то ты так всех соседей по этажу разбудишь, – женский голос был холоден и строг.
– Не учи ученого! – огрызнулся Димка, но внезапно смягчился: – У тебя с собой есть что выпить?
– Есть, открывай дверь.
Провозившись ещё с минуту с замком, он шумно распахнул дверь.
– Мадам, прошу, – пуская слюни, заплетающимся языком произнёс молодой выпивоха.
– Давай стаканы, – усмехнувшись, по-хозяйски распорядилась гостья.
– Сама бери. Вон, на столе стоят.
Молодая женщина, одетая в чёрные джинсы и чёрную футболку с капюшоном, достала из рюкзака бутылку армянского конька «Арарат», ловко раскупорила её и, щедро плеснув в стаканы,
поставила её на стол. После чего брюнетка подошла к едва стоящему на ногах Якобсонсу и всунула стакан ему в руку.
– За наш успех! – провозгласила она и сделала большой глоток.
– Угу, – промычал тот и вылил в рот разом всё содержимое стакана. Подержав коньяк во рту пару секунд, он сделал один большой глоток, после чего, осклабившись, самодовольно изрёк:
– Коньячинский – это вещь. Хорошо живёшь, Яна!
– Я закурю?
– Давай, мне пофигу.
– Тогда иди открой окно, не люблю в запертом помещении курить. А я пока ещё по одной нам накапаю.
Провозившись пару минут со шпингалетом, Димка распахнул настежь окно. Комнату мгновенно наполнил свежий, бодрящий воздух и тишина вечернего города.
– Вот это другое дело, – умиротворённо произнесла нежданная гостья и закурила «Мальборо» «сотку». – Пойдём, что ли, у окна постоим, подышим.
И не дожидаясь ответа, со стаканом в руке неспешно подошла к раскрытому окну. Следом за ней нетвёрдой походкой приковылял и Якобсонс.
– Да, чуть не забыла… – она слегка хлопнула себе по лбу. – Я ж тебе подарочек от Кеши притаранила – видеокассету с его признанием. Кстати, у тебя вообще есть на чём её посмотреть?
– Не-а, – растянуто и невнятно ответил Дмитрий. – Но ты в любом случае оставляй, если что, я «видик» у соседа на вечерок возьму.
– ОК, – та раскрыла свой рюкзак. – Бери, Дим.
Покачнувшись вперёд, неуверенным движением тот засунул руку вовнутрь и, кое-как зажав кассету плохо слушающимися его пальцами, вытащил её оттуда.
– Вот и молодец, – тихо прошептала гостья, выкинула в окно окурок и, перегнувшись через подоконник, посмотрела куда-то вниз.
Убедившись, что там никого нет, она разжала руку со стаканом и тот, стремительно полетев вниз, с громким хлопком вдребезги разбился об асфальтовую дорожку.
– Ой, кажется, я в кого-то попала! – испуганно воскликнула девица. – Дим, посмотри, я никого там не убила?
– Не боись, ща разберемся, – самоуверенно заявил вусмерть пьяный музыкант и смело перегнулся через подоконник.
– Вроде никого…
А в следующий момент он