Знамения судьбы стр. 105
Тут я увидел, что Люк повернулся и уходит. Я автоматически сделал несколько шагов вслед за ним, пока мне не пришло в голову спросить:
— Ты куда?
— Туда.
Он показал рукой, в которой держал черпак.
Вслед за ним я вышел через отверстие в стене в соседнюю небольшую пещерку размерами с мою старую гостиную.
Здесь было холодно. Вдоль стены слева от входа стояло несколько больших деревянных бочек, и Люк повесил черпак на край ближайшей. У противоположной стены выстроились картонные ящики и мешки.
— Это — консервы, пояснил Люк. — Фрукты, овощи, ветчина, рыба, бисквиты, сласти, несколько ящиков вина… Есть и походная печка, и топливо к ней. Есть даже пара бутылок коньяка, — с гордость добавил он.
Он повернулся и быстро вышел, миновав меня, снова направляясь в большой зал.
— А теперь куда? — спросил я.
Но он шагал быстро и не отвечал. Мне пришлось пошевеливаться, чтобы не потерять его из виду. Мы миновали несколько ответвлений, коридоров и проемов. Наконец он остановился у очередного отверстия кивнув.
— Здесь латрина, просто дыра и несколько досок над ней. И очень хорошо иметь над ней такое прикрытие, скажу я тебе.
— Что все это значит? — спросил я.
— Через минуту ты все поймешь. Иди сюда.
Он повернул за сапфировый угол и исчез. Почти полностью дезориентированный, я двинулся в том направлении. После нескольких поворотов я понял, что совершенно заблудился. Люка нигде не было видно.
Я остановился и прислушался.
Не было слышно ни малейшего звука, за исключением моего дыхания.
— Люк, ты где? — позвал я.
— Здесь, наверху, — донесся до меня его голос.
Он как будто находился где-то сверху и справа от меня.
Я нырнул под низкую арку и оказался в ярко-голубой камере из все той же кристаллической субстанции, что и все остальное в этом месте. Свет падал через небольшое отверстие в потолке примерно в восьми футах надо мной.
— Люк! — снова позвал я.
— Я здесь, — донесся ответ.
Я встал точно под отверстием, прищурившись от яркого света, и прикрыв глаза козырьком из ладони. В свете, который мог быть светом раннего утра или вечера, голова Люка в ореоле медных волос парила в дыре надо мной.
Он опять улыбался.
— Это, как я понял, выход наружу? — спросил я.
— Для меня, — ответил он.
— Что это значит?
Послышался скребущий звук, и часть вида наружу закрыл край большого валуна.
— Что ты делаешь?
— Передвигаю камень, чтобы закрыть отверстие, — ответил он, — а потом вставлю несколько клиньев.
— Зачем?
— Чтобы оставался проход для воздуха и ты не задохнулся.
— Великолепно. Но почему я здесь, все таки?
— Давай не будем устраивать здесь семинар по философии, — усмехнулся Люк.
— Люк, черт побери, что происходит?
— Неужели тебе еще не ясно, что я взял тебя в плен? Ты теперь узник,
— сказал он. — Между прочим, голубой кристалл экранирует любое сообщение через Карту и, к тому же, лишает тебя магических способностей, если они применяются к объектам находящимся за пределами этих стен. Ты пока что живой, но без клыков и в таком месте, где я могу до тебя легко добраться, если мне потребуется.
Я окинул взглядом ближайшие стены.
— Не надейся, — сказал он угрожающе. — У меня выгодное положение.
— Тебе не кажется, что ты должен мне все это хотя бы объяснить?