Знаменитость стр. 336
и пленку сумела сохранить. По всем понятиям я ее должник. Отдам тебе. Поедешь к своим?
– Да не хочу я уезжать! – возмутилась девушка. – Мне и здесь хорошо. Такие перспективы открываются. Мне контракт предлагают подписать! Помогут записать дебютный альбом! А это знаете, как важно! Платить, правда, обещают мало, и там в контракте написано, что потом я еще десять альбомов обязана буду записать с этими продюсерами… Они получат права на мое имя и все такое… Так что пока думаю, но наверное соглашусь. Других-то вариантов нет.
– Кто такое предлагает? – спросил я.
Она назвала фамилию. Я скрипнул зубами. А она с ребячливой гордостью продолжала рассказывать – как это важно для начинающего артиста – сразу контракт с известным продюсерским центром. Тем более, когда им руководит такой человек, которого все называют воротилой молодого российского шоу-бизнеса. Они уже встречались, и он очень хвалил ее голос. Правда кое-кто предупреждает, что он всех молоденьких певиц тащит в постель, прежде чем «пустить в тираж», но пусть только попробует! Хотя я не должен думать, что она такая уж ханжа. Ничего подобного. Когда она сама решила расстаться с невинностью после выпускного вечера в школе – так и сделала. И вообще, она сама в жизни все решает и давно уже не ребенок…
– Не вздумай! – прервал я поток сбивчивых слов.
Катя умолкла, растерянно хлопая ресницами.
– Ты сама себя загонишь в рабство! Они из тебя все соки выпьют. Выжмут до последней капли. И отшвырнут. Как уже было с твоим отцом, – предупредил я. – Не важно, крупная фирма или нет – важно люди. А этих людей я знаю, им наплевать на талант. Им главное – деньги.
– Странно, и мама то же твердит, – призналась Катя.
Разом выпалив все, что хотела, на одном дыхании, она словно устала, и молча смотрела на меня, подперев щеку ладонью. Точно, как когда-то Старкова у себя на кухне в день нашего знакомства.
– Тебе надо уходить, – попросил я. – Через полчаса сюда явится тот самый человек, о котором ты говорила. У нас будет серьезный разговор. Я не хочу, чтобы вы встретились.
Катя смутилась, покраснела и рассердилась.
– Ну и забирайте свою пленку! – холодно сказала она, протягивая мне коробку. – Скатертью дорога в Америку!
Гордо выпрямив спину, девчонка пошла через зал к выходу. А я еще подумал, что с таким характером она и впрямь способна чего-нибудь добиться. Тем более – голос, еще в детстве Старкова хвасталась, что дочь вундеркинд. Но не успел я это подумать, как Катя вернулась с полдороги.
– Хочу, чтобы вы знали! – заявила она. – Петь я все равно буду! И пусть я буду петь за копейки – это лучше, чем вообще не петь! Для меня петь и дышать – одно и то же!..
– Садись, – вполголоса попросил я.
– Вы же хотели, чтобы я ушла? – опешила девушка.
– Поздно, – объяснил я, и незаметно подтолкнул ее на стул, поближе к окну. Так, чтобы, если придется отбиваться, она оказалась за моей спиной.
Валет явился на встречу раньше, чем договаривались. Судя по тому, как суетились вокруг него гардеробщик и швейцар – он небывало крупная шишка для их заведения – инстинкт никогда не обманывает таких матерых халдеев.
Когда Валет шагнул в зал, сразу бросилось в