Знойные ветры юга. Ч. 1 стр. 18
корзине, кокетливо высунув наружу пропеченный румяный бок. — Ну, плати тогда… Раз уж я приказчик у тебя…
— На, — Коста протянул ему одуряюще пахнувший, еще теплый пирог с рыбой, в который голодный Миха тут же впился зубами. Он давился и чавкал, не в силах остановиться. Он, живущий на улице, уже и позабыл, когда ел так сытно.
— Пожрал? — неприветливо спросил Коста. — Считай, что аванс получил. А теперь слушай, что делать нужно. Первое, купишь себе новую рубаху и штаны.
— Чего? — мальчишка даже рот приоткрыл в изумлении.
— Рубаху и штаны купишь, — терпеливо сказал Коста. — И обувь еще. Потом пойдешь к форуму Аркадия, и там снимешь комнату. Бери второй этаж, только второй! Я покажу дом, и с какой стороны снять. Если надо, перекупишь аренду.
— Ты спятил??? — завопил пацан. — Ты забыл, кто я? Да где я такие деньги возьму? Ты представляешь, сколько комната на втором этаже стоит? Может, на шестом хоть? Там дешевле намного!
— Заткнись, — ледяным тоном сказал Коста и сыпанул горсть мелочи. — Вот деньги на первое время. Сходи в баню, к цирюльнику, приведи себя в порядок, в общем. А то, как есть босяк вшивый, смотреть противно. Ты должен выглядеть, как юноша из хорошей семьи, которого состоятельная родня из провинции прислала в учение к дядюшке, лавочнику на Форосе. Но там тебе жилье дорого снимать, а дядюшка у тебя жмот, каких поискать, и кормить тебя не хочет. А ты у нас парень гордый, а не какая-нибудь голытьба. У тебя отец — куриал, член городского совета Филиппополя. Там город сейчас понемногу на торговле с варварами поднимается, денежки начали в карманах звенеть, но семья у вас большая. Вот тебя сюда и отправили, в учение. И самое главное, ты идешь снимать комнату после бани, с аккуратной прической, и от тебя хорошо пахнет. А не воняет старым козлом, как сейчас. Все запомнил?
— Эй! — подозрительно посмотрел на него Миха. — Я не по этой части, понял! Хотя, демоны с тобой, я согласен, если так жрать каждый день буду.
— Я тоже не по этой части, — разочаровал его Коста. — Мне твоя тощая задница и даром не нужна. И никому другому тоже.
— Тогда кого зарезать надо? — деловито спросил Миха. — Или у тебя просто случился припадок необъяснимой щедрости?
— Не надо никого резать, — поморщился Коста. — Мы не станем убивать без необходимости. Убийство — это грязь в работе, Миха. Делай, что я сказал и ни в чем не сомневайся. Батистовые портянки носить будем.
* * *Две недели спустя. 11 мая 632 года. Константинополь.
Константинопольские рынки, исподволь занявшие все городские форумы, были вторым сердцем города, после ипподрома. Рынки шумели, кричали и торговались. Они впускали в себя толпы людей, жаждавших купить что-то, а выпускали толпы людей, отягощенных покупками. Здесь продавали абсолютно все! От сдобных булок до пекарей, которые эти самые булки пекли. Тут работали менялы — аргирораты, торговцы дорогой одеждой — вестиопраты и торговцы шелком — метаксопраты. Искусные зазывалы, опытнейшие торговцы, владевшие лавками по пять — шесть поколений, не давали уйти с