Знойные ветры юга. Ч. 1 стр. 8
полной покорности. Я не позволяю женщине учить или же руководить мужчиной, ей следует молчать».
— Княгини Марии это точно не касается! — решительно отмел возражения владыка Григорий. — Это для обычных баб написано, а не для нее. Пойду я, княже! Надо этот экземпляр папе Гонорию передать. Только как бы это сделать? Ведь все перевалы закрыты! И герцоги лангобардов на нас изрядно злы, они не пропустят гонца.
— Весной передадим, через Виттериха, — усмехнулся князь. — Он лично отвезет. У папы для него припасен хороший подарок. Герцогу понравится, я уверен.
Владыка вышел, а Самослав глубоко задумался. Папская булла, в которой Виттерих признавался законным сыном своего отца, обошлась ему недешево, но оно того стоило. На большой шахматной доске, которой был тогдашний мир, должна появиться еще одна мощная фигура. Никем не признанный ублюдок любвеобильного правителя — это одно, а законный наследник испанского короля — это нечто совершенно другое. Другой калибр, несравнимо мощнее.
— Женить его пора, — буркнул себе под нос князь и что-то черкнул на листе бумаги серебряным карандашом. — Та-а-к! Послать в Испанию, узнать, какая там обстановка на рынке невест.
— Государь! — воин распахнул дверь. — Лекарь Илья. Говорит, назначено.
— Пригласи! — кивнул князь, отвлекаясь от своих коварных планов в отношении ничего не подозревающего герцога.
— Ваша светлость! — Илья коротко, с достоинством, поклонился.
Менее, чем за год ученик великого врача Феофила сделал стремительную карьеру. Лекарский приказ под его началом всколыхнул местную жизнь. В столичной области были обучены все повитухи, они сдали экзамены и получили патент на работу. Им теперь из казны по гривеннику за каждого здорового младенца платили. А темных баб без такого патента до рожениц допускать было не велено. Вплоть до каторги… Всего за несколько месяцев была создана армейская медицинская служба с передвижными госпиталями и операционной, вбиты в головы воинов понятия асептики и антисептики, и это дало отличные результаты. Количество умерших было не в пример меньше, чем раньше, а гнойных осложнений, убивавших большую часть раненых, и вовсе стало совсем мало. Не было в войске и кишечных инфекций. Попытка попить из реки или лужи стоила воину месячного жалования, а потому воины хлебали в походе только затхлую воду с уксусом, проклиная всех лекарей, что есть на свете. Правда, когда закончилась война, то даже самые тупые головы озарило понимание, что отсутствие загаженных кустов вокруг военного лагеря и свежих могил товарищей, убиенных кровавым поносом, как-то связано с этими странными запретами. Колдовство, посчитали многие, и это сразу поставило все на место. Сомнения ушли без следа.
— Рассказывай! — коротко сказал князь.
Повод для встречи был нерадостный. Армия франков оставила после себя не только разрушения, но и кое-что похуже. Черная оспа! Болезнь, пришедшая откуда-то из Азии полсотни лет назад и с тех пор не исчезавшая ни на год. Она то затухала, то вспыхивала вновь, с купеческими караванами, паломниками и воинами передвигаясь по всему Средиземноморью. Тысячи людей погибали от этой заразы каждый год. И тысячи же оставались изуродованными навсегда. Бывало, что жених бросал невесту, платя отступное, когда видел ее после болезни. Словенские земли эта хвороба пока обходила стороной. А если и приходила, то быстро