Знойные ветры юга. Ч. 2 стр. 118
не смотреть на тело предыдущего носителя этого высокого звания.
— Рубль, — усмехнулся князь.
— Так я два рубля в месяц получаю на казенных харчах, — повар даже немного обиделся. — Мне на всю семью харчи дают, княже!
— Рубль в день жалования положу, — усмехнулся Самослав. — И казенные харчи, леший с тобой. Так что, пойдешь?
— Пойду! — торопливо ответил повар. — Век Перуна и Велеса молить за тебя буду, великий государь!
— Горан! — князь поднял тяжелый взгляд на старого боярина. — Всю прислугу во дворце заменить. Набрать из тех, кто Моране клятву давал. Даже того, кто дерьмо из отхожих ям убирает, из своих людей поставишь.
Князь посмотрел на нового кравчего, который ушел в себя, пытаясь понять, а рубль в день — это сколько же будет в месяц? А в год? Он этого так и не выяснил виду малограмотности, но нутром чуял, что много, очень много. Так много, что стоит за это жизнью рискнуть.
— Его тоже к присяге приведи, — князь кивнул на Душана, на лице которого застыло выражение неописуемого блаженства. — И всю его семью. Понял?
— Понял, государь, — кивнул Горан. — А у княгинь служанок тоже гнать? Княгиня Мария свою Аду чуть не с детских лет знает.
— Оставить только тех, кто больше пяти лет служит, — ответил после раздумья князь. — И у кого родни нет. Остальных вон. Всех ромейских купцов в Словении задержать и под караул посадить. Товар под охрану. И чтобы ни на копейку их добра не пропало. Малый Совет собери на завтра. Княжича Святослава пригласи туда и княжну Умилу.
— Исполню, государь, — ответил Горан, стараясь не показать своего удивления. Наследников пока еще на Малый Совет не приглашали. Что ж, видно время пришло.
* * *— Что делать будем, бояре? — хмуро осмотрел соратников князь. — Высказываемся!
— Война! — ударил ладонью по столу Деметрий. — Нельзя такое прощать!
— Да! — согласно закивали головой Лют и Будимир, префект Братиславы.
На лицах остальных была написана задумчивость и сомнение. Даже Горан колебался.
— Что ты думаешь, сын? — резко повернулся к Святославу князь и тот даже покраснел, когда все присутствующие повернулись к нему. В их взглядах читалось ожидание.
Святослав задумался на несколько секунд. Он будущий правитель! Он не должен решать все с наскока, как простой воин. Дядька Стефан ведь столько рассказывал ему и об арабах, и о римлянах, и о том, как они ведут свою политику. Нет, война — это не то, что нужно сейчас! Не зря многие бояре молчат.
— Ромеи должны быть наказаны, отец, — осторожно сказал он. — Такое прощать нельзя. Но кто сказал, что наш ответ должен быть прямым, как копье?
— Что? — князь совершенно растерялся. Растерялись и бояре. — Да ты где успел нахвататься такого? Мне сына подменили, что ли? Или мне все это сейчас снится?
— Я с дядькой Стефаном много недель на одном корабле плыл, — стеснительно улыбнулся Святослав. — Он мне много чего рассказал. И пояснял на примерах. Я от него куда больше узнал, чем в школе.
«И куда больше, чем от тебя, отец!» — отчетливо прочитал Самослав в укоризненном взгляде собственного сына.
— Как, однако, заграничные поездки расширяют кругозор у нашей молодежи, — выдохнул изумленно князь. — Продолжай.
— Если в ромеев вцепимся мы вместе с арабами, то Константинополь не устоит, — продолжил Святослав. — Мы сожжем их корабли