Золотая лилия стр. 188
Сидни Катерина Сейдж, повинная в постоянном анализировании окружающего мира, перестала думать.
И это было великолепно.
По крайней мере, до тех пор, пока я не начала думать снова.
Рассудок и мысли, беспокойство и тревога — все внезапно вернулось ко мне. Я отодвинулась от Адриана, невзирая на протесты собственного тела. Я отступила, чувствуя, что глаза у меня сейчас круглые и перепуганные.
— Что ты делаешь?!
— Не знаю, — усмехнувшись, ответил он и шагнул ко мне. — Но я совершенно уверен — ты также делаешь это.
— Нет! Не смей ко мне подходить! Ты меня понял? Мы не можем больше… нам не следовало… о, господи! Нет. Никогда. Неправильно. — Я прижала пальцы ко рту, будто этим жестом могла стереть след поцелуя, но меня заполняли воспоминания о сладости и жаре его губ. Рука бессильно упала.
— Не уверен, Сейдж. Честно говоря, это было самое правильное, что случилось со мной за последнее время.
Но тем нс менее приближаться Адриан не стал.
Я замотала головой:
— Как ты можешь говорить такое? Ты же сам знаешь! Люди и вампиры не могут… нет! Между ними ничего не может быть! Никогда.
— Ну, почему же, иногда случается, — возразил Адриан. — Иначе на свете не появлялись бы дампиры. Кроме того, как насчет хранителей?
— Что? — Я чуть нс рассмеялась, хотя ничего веселого здесь точно не имелось. — Хранители живут в пещерах и дерутся у костра за кусок тушеного опоссума. Тебя устраивает такая жизнь? Тогда — вперед! Если ты хочешь жить в цивилизованном мире вместе с остальными — не прикасайся ко мне! А Роза? Твоя безумная любовь к ней?
Адриан выглядел чересчур спокойным для подобной ситуации.
— Когда-то я и вправду безумно любил ее. Но это было… как уже три месяца прошло? И, если честно, я давно о ней не вспоминаю. Меня использовали, и мне больно, но… Роза — не та девушка, о которой я постоянно думаю теперь. Мне не грезится ее лицо,
когда я засыпаю.
— Нет! — Я отступила еще дальше. — Хватит! Я не буду больше слушать!
Адриан сделал несколько быстрых шагов и снова очутился передо мной. До стены оставалось несколько дюймов, и мне некуда было отступать. Адриан не делал никаких угрожающих движений, но он схватил меня за руки и прижал их к своей груди.
— Нет, сейчас ты все-таки выслушаешь меня! Я скажу то, что не совпадает с твоим уютным мирком, где все разложено по полочкам из логики и здравого смысла! Здесь никакого здравого смысла. Если тебе страшно, то можешь мне поверить — меня это тоже пугает до чертиков. Ты спрашиваешь про Розу? Ради нее я пытался стать лучше, чем я есть, но я делал так ради того, чтобы произвести на нее впечатление. Но когда я рядом с тобой, я действительно хочу стать лучше… ну, потому, что мне это кажется правильным. Ты делаешь меня другим. Я желаю повзрослеть, выделиться. Ты вдохновляешь меня каждым своим поступком, каждым словом и взглядом. Я смотрю на тебя, и ты… будто свет, обретший плоть. Я сказал так на Хэллоуин и готов повторить в любой момент: ты — самое прекрасное создание на свете. Но ты сама этого не знаешь. Ты даже не догадываешься, как красива и насколько ярко ты