Золотое побережье стр. 115
Бух-трах, носилки валятся на Ксавьера, чуть не сшибая его с лестницы; он кое-как удерживается, отделывается ушибленной о ступеньку задницей.
– Да что же это вы, леди, делаете?
– Откуда вы взялись на мою голову? Вы что, убить меня решили? Отдайте моего ребенка!
– Только постарайтесь больше его не ронять. – Ксав возмущен до крайности. – Маленький совет для начинающих мамаш, я даю его вам совершенно бесплатно. Не швыряйте своих детей в мусорные баки, если есть хоть малейшая возможность обойтись без этого.
Дальше все идет без приключений. Носилки засунуты в заднюю дверь фургона, туда же залезает и Ксавьер; Эйб везет их к больнице святого Иосифа.
– Ты бы поскорее, Эйб, – окликает его Ксав из своей амбулатории. – Тут же кровотечение из таких мест, которые не больно-то залепишь пластырем.
– И не пробуй! – Слышит Эйб резкий голос женщины. – Мало того, что подзалетела я с таким вот, вроде тебя, черножопым, так тут еще и ты на мою голову.
– У-гу. Вы бы, мэм, просто полежали спокойно, расслабились. И заткнулись – если, конечно, способны на такой подвиг. А уж я постараюсь сдержать свои низменные страсти.
Из внутреннего окошка высовывается голова Ксава.
– Вот же неблагодарная сука.
– Так ты что, действительно принимал уже роды?
– А разве не видно? Я же работал, как профессиональная повитуха.
– Ясно. А было сегодня что-нибудь из ряда вон выходящее?
– Быстро очень.
– Это тебе кажется, что быстро! – вопит за его спиной женщина.
– Тише, мэм. Поберегите силы.
– Никогда не думал, что это так трудно, – говорит Эйб. – Слышал, конечно, но сам никогда не видел.
– Не думал? Ну, ты совсем салага. Это выжимает их до предела. Вся беда в том, что мозги разрастались у человека куда быстрее, чем щель между ног. Рожать не только трудно, но еще и опасно. Вот тут вроде бы два здоровых человека, а ведь любой из них может помереть, не доехав до больницы. Ты бы, кстати, поторопился.
Они добираются до места, перегружают женщину с ребенком на каталку, волокут их к двери приемного покоя, и тут женщина впадает в чувствительное настроение.
. – Я вам очень за все благодарна… – По ее щекам катятся слезы, – … и я очень боялась. Простите, пожалуйста, что я все это вам наговорила. Вы совсем не черножопый.
– Н-ну… – неопределенно отвечает Ксав и плотно сжимает губы, чтобы не расхохотаться.
– А как вас обоих звать? Эйб? Хорошо. Ксавьер? Ксавьер? А как это пишется – Ксавьер? Хорошо. Вот я и назову его Уильям Ксавьер Эйбрахам Джефферс, точно, вот так вот и назову. Точно, вот так вот и назову.
Женщину укатили. Эйб и
Ксавьер идут в туалет, умываются, возвращаются в приемный покой.
Буквально через несколько минут выходит врач, он сообщает, что женщина в полном порядке, ребенок в полном порядке, никаких проблем не возникает. Ровно никаких проблем.
Если так, можно и уходить. Эйб испытывает какое-то странное чувство, все вокруг кажется не совсем реальным. И он, и Ксав широко улыбаются, словно пара идиотов.
– Так, значит, – говорит Эйб, – Уильям Ксавьер Эйбрахам Джефферс, а?
– Сигары не найдется? – спрашивает Ксавьер. И они начинают смеяться. Они смеются, жмут друг другу руки, лупят друг друга по спине и смеются.
– Ну ты поверил бы этому тогда, когда весь квартал сбежался туда