Золотой шут стр. 406
новых смертей? Как я смогу ответить им отказом? Вы предлагаете казнить детей человека, который стал виновником смерти детей Древней Крови. Ну а как насчет кузенов, дедушек и бабушек убийцы? Разве они не придут ко мне и не спросят, чью голову вы потребуете теперь? Разве они будут не правы, когда скажут, что погибли невинные души, и потребуют справедливости? Нет. Так не будет. Вы просите невозможного, и вам это прекрасно известно.
Я увидел, как ненависть и ярость вспыхнули в глазах Силверайз.
– Так я и знала, – с горечью сказала она. – Пустые обещания, и ничего больше.
– Я предлагаю вам справедливое решение, как и любому другому жителю Шести Герцогств, – устало ответила королева. – Приходите ко мне в день судов, вместе со свидетелями убийства, и виновный будет наказан. Но только не его дети. Вы не ищете справедливости, вас интересует лишь месть.
– Вы ничего нам не предлагаете! – заявила Силверайз. – Вы прекрасно знаете, что мы не осмелимся предстать перед вами с требованием справедливости. Нам не позволят добраться до замка Баккип, нас просто прикончат по дороге!
Она замолчала. Королева Кетриккен продолжала сохранять спокойствие перед лицом ее гнева, и Силверайз совершила ошибку, попытавшись воспользоваться преимуществом, которое, как ей показалось, она получила.
– Или вы с самого начала хотели именно этого, королева Видящих? – Силверайз обвела присутствующих торжествующим взглядом. – Вы собирались выманить нас пустыми обещаниями, чтобы покончить сразу со всеми?
Наступила зловещая тишина, однако, когда Кетриккен заговорила, ее голос звучал совершенно спокойно.
– Вы произносите слова, в которые сами не верите. Вы хотите оскорбить меня. Но если окажется, что в ваших словах содержится хоть толика истины, я получу повод ненавидеть людей Древней Крови.
– Значит, вы признаете, что ненавидите нас? – с удовлетворением осведомилась Силверайз.
– Ничего подобного я не говорила! – с ужасом воскликнула Кетриккен.
Обстановка в зале стремительно накалялась. Представители Шести Герцогств посчитали себя оскорбленными. Уж не знаю, чем закончились бы переговоры, если бы не вмешалась судьба в лице женщины, которая была связана Уитом с коровой. Она поднялась на ноги и сказала:
– Я должна наведаться в конюшню. Время Мудрянки пришло, и она хочет, чтобы я находилась рядом с ней.
Кто-то грустно рассмеялся, кто-то принялся ругать женщину:
– Но ты же знала, что теленок должен скоро родиться. Зачем ты взяла ее с собой?
– А ты предпочел бы, чтобы я оставила ее дома одну? Или не участвовала в переговорах, Бригган? Мне хорошо известно, что ты считаешь меня безмозглой, но я имею право находиться здесь, как и все остальные.
– Мир, – неожиданно вмешался Уэб. Ему пришлось откашляться, поскольку его голос неожиданно перестал ему повиноваться. – Мир. Сейчас самое время немного успокоиться, и если Мудрянка испытывает нужду в своем партнере, никто не станет им мешать. Если вы не возражаете, я тоже пойду. Быть может, когда мы вернемся, все вспомнят, что мы хотим решить наши нынешние проблемы, а не собираемся изменить прошлое, каким бы печальным оно ни было.
И я вдруг увидел, что Уэб контролирует ход переговоров лучше, чем королева, вот только никто этого не понял. Чейд часто говорил мне, что человек, наблюдающий со стороны, имеет перед остальными преимущество. Происходящее делается похожим на представление, и у него появляется возможность оценить всех
игроков. Представители Шести Герцогств