Зоосити стр. 34
любит передвигаться со всеми удобствами… Странно, о нем известно, что в последнее время он вообще никуда не ездит. Какой-то здоровяк в изящной шоферской кепочке моет колеса. При нашем приближении здоровяк встает и жестом показывает Мальтийцу, чтобы тот поставил свой «мерседес» слева. Потом берет ведро и удаляется в гараж, расплескивая за собой мыльную воду.
— Какой приветливый малый!
— По должности он вовсе не обязан быть приветливым, — отвечает Марабу. Она открывает заднюю дверцу и выскальзывает из машины, прижимая лысую голову Аиста к груди, чтобы он не ударился о дверцу.
Мальтиец не спешит вылезать; он барабанит большими пальцами по рулевому колесу.
— Идите-ка вы вперед. А я спрошу у Джона, не согласится ли он навести марафет на «мерседес», пока тут крутится с ведром.
— Его зовут Джеймс! — раздраженно поправляет его Марабу.
— Да все равно… Я вас догоню!
— Вход там! — Марабу ведет меня за угол, на дорожку.
Мы подходим к дому. Вблизи особняк кажется каким-то заброшенным. Между камнями проросли осот и одуванчики. У меня почему-то портится настроение. И лужайки здесь неухоженные, пожелтевшие. В жухлой траве гуляет одинокий ибис — ищет насекомых. Вдали, за дырявой сеткой, я вижу старый теннисный корт с потрескавшимся бетонным покрытием. Обвисшая сетка напоминает пивной животик бывшего спортсмена. В воздухе витает колдовской запах брунфельсии, которую называют еще «вчера-сегодня-завтра». Ее лиловые и белые цветки повсюду… Ленивец что-то недовольно клекочет. Я знаю, ему тоже не по себе. Он, как и я, чувствует себя заброшенным.
Из чистой вредности я пристаю к Марабу:
— И все-таки, чем конкретно вы занимаетесь? Что именно поставляете? Ценные кадры для крупных компаний? Антиквариат? Ведете переговоры по освобождению заложников?
— Все, что хотите… наша деятельность немного похожа на вашу, мисс Декабрь. — Аист издает гортанный клекот, отчего бородка на шее раскачивается.
— Ну хорошо… Назовите три ваших последних дела!
— Мы придерживаемся в своей работе принципа неразглашения и действуем крайне тактично… Надеюсь и вы тоже!
— Если
хорошо платят — почему бы и нет, — соглашаюсь я. — Но может, хотя бы намекнете?
— Мы оказываем нашим клиентам разносторонние услуги. В том числе и услуги по сопровождению. Так, с некоторыми музыкантами мистера Хьюрона мы ездили в концертный тур. А недавно сопровождали одного подопечного на важные переговоры в Берлин…
— Такие услуги оказывают отделы по связям с общественностью в звукозаписывающих компаниях, а вы, кажется, уверяли, что занимаетесь какими-то поставками.
— До этого мы контрабандой ввезли из Испании партию распятий семнадцатого века в контейнере с керамической плиткой.
— Правда?!
— Возможно. А может быть, я нарочно вас обманываю, чтобы заинтриговать. Как вы проверите?
Мы подходим к тяжелой деревянной двери с витражным слуховым окошком. Марабу нажимает кнопку звонка. Мы слышим, как внутри дома эхом отдается звон колокольчика. Через секунду дверь распахивается. На пороге стоит коротко стриженная блондинка в ярко-красном брючном костюме. Кажется, она рада нас видеть; улыбается, как будто ей глотку щекочет солнечный луч.
— Ух ты, класс! Вы так рано — супер! Оди сейчас кое-что закончит и выйдет.
— Кармен — одна из протеже мистера Хьюрона, — поясняет Марабу, видя недоуменное выражение моего лица.
— Ах да-а-а, извините, — спохватывается Кармен, одаряя меня белоснежной улыбкой. — Вы кто — пресса?
— Уже нет.
Она тут же теряет ко мне интерес, хотя улыбка становится лишь чуть-чуть