Библиотека

Зорге. Последний полет «Рамзая» стр. 102

Размер шрифта
-
+
Тема

были убиты наповал, остальным во главе с Люшковым удалось уйти. Вернувшись в Японию, Люшков не пал духом и занялся составлением аналитических отчетов и анализа политико-экономического положения в Советском Союзе в качестве советника Генштаба Квантунской армии. В СССР Люшков заочно был приговорен к высшей мере наказания. Но кара его постигла через семь лет, когда советские войска, громя Квантунскую армию, приблизились к городу Дайрену. Двое японских офицеров по приказу вышестоящего начальства вывели Люшкова из штаба во внутренний двор и предложили застрелиться. После того как тот категорически отказался, они сами убили его выстрелом в грудь и вторым, контрольным – в голову. Японцы посчитали, что предатель слишком много знал секретов и мог выдать их заклятым американцам или, еще хуже, Советам. Впрочем, до этих событий было еще далеко. Пока же Люшков, выбрав путь изменника Родины, сдавал все секреты врагу, а группа Рамзая, презирая опасность, делала все, чтобы минимизировать последствия подлого удара. Ее работа была подчинена одной цели – предотвращению войны между Японией и СССР. Наряду с этим в поле зрения постоянно держались военные настроения и отношения между Японией и гитлеровской Германией. Одна за другой летели в Москву закодированные радиограммы, тщательно проанализированные Зорге. Часть их перехватывали японские контрразведчики, но им не удавалось их расшифровать, так как Зорге постоянно менял шифр, пользуясь для этих целей статистическими ежегодниками немецкого рейха. Информация также передавалась по конспиративным каналам на микропленках. Снимки военных объектов или образцов вооружения, которые представляли особую важность, при помощи специального оборудования уменьшались «фотохудожником» Вукеличем до размеров обычной точки, которую он специальным составом прикреплял в конце строки безобидного письма, адресованного в Советский Союз.

Огромный пласт работы, проводимой под неусыпным оком осведомителей японской полиции и агентов контрразведки, сопровождался колоссальным риском. Фотосъемки секретных объектов и документов, передача больших объемов зашифрованных радиограмм, встречи с курьерами – все это в любой момент могло привести к аресту. Даже нахождение дома не могло гарантировать безопасности, так как в любой момент к тебе могли зайти с обыском. Все это не только создавало невыносимое напряжение, когда каждый неверный шаг мог закончиться трагически, а стало неотъемлемой частью существования.

Зорге также знал, что в посольстве сидели агенты гестапо, которым было поручено проверять политическую лояльность к нацистскому правительству приезжающих в Японию и живущих там немцев. Само собой, за ними велась тщательная слежка, в которой активно использовались различные информаторы. В этом отношении полковник Мейзингер особо и не пытался скрыть свою роль в процессе. Круг его прямых обязанностей был обширным и выходил далеко за рамки простого поиска врагов внутри немецкой общины. Он отвечал за поддержание связи с японской полицией и сотрудничество в борьбе с коммунистической деятельностью. Одним из ключевых направлений в работе являлся обмен информацией о Коминтерне и советских шпионах. Кроме того, Мейзингер отвечал за безопасность германского посольства в Токио и следил за политической благонадежностью каждого сотрудника.

В течение нескольких дней, после конфуза перед японцами с Беккер, Мейзингер пребывал в состоянии раненного в голову солдата. Он подключил все свои ресурсы к тому, чтобы проверить подноготную Урсулы. И результат превзошел его ожидания. Выяснилось, что семья Беккер перебралась в Германию в 1932 году из… Советской России! Мысленно сорвав «повязку» с головы, он понял, что

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.