Библиотека

Зов Дикой Охоты стр. 100

Размер шрифта
-
+
Тема

заключённую в ней. Но потом всякие прочие мысли оставили Лаэдра, потому что он вдруг узнал землю, на которую они ступили. Он узнал бы её сквозь всё, как сильно ни угас её голос, как безнадёжно ни померкло её свечение.

Риана вдруг сбилась с шага и пошатнулась. Она упала бы, если б Вальтен не удержал её свободной рукой.

– Мне больно находиться здесь, но я удержу путь для вас открытым, – прошептала она, прижав ладонь к сердцу, точно пыталась усмирить нечто, пытавшее её изнутри. – Поспеши, мой лорд, прошу.

Король посмотрел на неё с тревогой, но подчинился – выпустил её руку и шагнул вперёд. А когда туман рассеялся рваными клочьями, они увидели перед собой помертвевшую чёрную землю и величественное Древо, согнувшееся под грузом непосильного бремени, но по-прежнему дарившее себя, всё, что осталось от него. Почти у самых корней копьё Радднира пронзало его могучий ствол, кровоточивший волшебством. Гордые ветви поникли, но по-прежнему пытались тянуться к невидимым дальним пределам, защищать своим благословением.

Глаза Вальтена распахнулись от изумления. Похоже, он до самого последнего мига не верил в то, что может увидеть здесь.

– Так это действительно не просто символ из легенды, – проговорил он, глядя на оживший символ своего королевства со смесью восторга, растерянности… и зарождавшейся ярости, могучей и очищающей, как весенняя гроза. – И рана не была символом… «Если оно засохнет, то из кемранской земли капля за каплей утечёт сама душа». Вы знали, что делали!

– Во имя Отца, оно живо! – с облегчением воскликнул Лаэдр и упал на колени.

Он не знал, как просить прощения у этого непостижимого для людского сознания величия, дарившего самоё себя даже теперь. По его лицу заструились слёзы, и стало больно дышать. И многим больнее ему было от осознания того, что это явление Мира просто не могло держать на него зла и потому заведомо прощало, чем даже от осознания горечи давнего преступления.

Стальной голос Вальтена вернул ему самосознание:

– Направь мою руку, Лаэдр! Направь её, как когда-то вы направили руку моего отца!

Не выпуская нить, жрец поднялся и посмотрел на короля. Вальтен буквально пылал Силой своего человеческого сердца, огнём искры Бога, вложенной в него. И мощь его намерения и мечты была сильнее – многим сильнее даже страха и ненависти Радднира. И как когда-то Сотар Раддниру, Лаэдр открыл Вальтену свою Силу, слил всё доступное ему волшебство и всю жажду искупления с этой волей, помогая своему новому королю выковать новое намерение в пламени Отцова Огня.

Вальтен устремился к Древу. Когда его рука легла на огромное копьё, которое не мог бы поднять и уж тем более вытащить ни один человек – таковым было его отражение по эту сторону Вуали, – оно дрогнуло, но осталось на месте. Лаэдр позволил себе усомниться на какие-то доли мгновения, и это едва не поколебало мощь выкованного намерения.

«Живи!.. Ради глупцов, призванных охранять тебя, ради них, которым ты по-прежнему отдаёшь себя, живи!» – беззвучно прошептал он.

Понемногу, нехотя копьё подчинилось непреклонной воле владыки Кемрана и медленно начало выскальзывать из разверзнутой раны. Потом что-то изменилось вдруг в самом пространстве – словно ослепительная вспышка затмила собой даже живший здесь вот уже так много лет яд. Когда Лаэдр поднял голову, он увидел копьё,

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.