Жребий брошен стр. 116
подол рубахи и запустил пальцы в казан. Олег, вздохнув, последовал его примеру, а рядом с ведуном пристроился и холоп.
Седобородый лекарь явился часа через два, на этот раз только с одним учеником и одной баночкой. Указал Олегу лечь на спину, осмотрел раны:
— Присохло все. Теперича исцелится, коли не повредишь. Давай, Латух, успокаивай его, не то с правителем говорить не сможет, скулить начнет.
— Я что, скулю? — возмутился ведун.
— Дык ты и без туники. Тебе кожу не трет и не парит. Ты не спорь, чужеземец. Не то послушаюсь, да без мази мятной оставлю.
Больше Олег не произнес ни слова до тех пор, пока пятеро стражников в полотняных доспехах не провели их обратно в роскошный зал великого Раджафа.
На этот раз правитель находился уже там — общался о чем-то с тремя оплывшими узкоглазыми мужчинами в шелковых, расшитых алыми тюльпанами одеяниях и в островерхих матерчатых шапочках. Неподалеку ожидали окончания разговора еще трое мужчин. Один пожилой, в короткой войлочной куртке, густо исшитой золотой нитью, в атласных штанах и тапочках с высоко загнутыми носками, на каждом из которых сверкало по изумруду, и двое лет по тридцати — один в тяжелом бархатном халате, другой весь в коже, местами проклепанной золотыми пластинками, часть из которых к тому же украшались самоцветами.
И все же, раскланявшись с собеседниками, великий Раджаф повернулся не к ним, а направился к пленникам:
— Ну что, чужеземцы, ваши раны уже не гнетут вас с прежней силой?
— Они гнетут еще сильнее, правитель, — вежливо склонил голову Олег. — Ведь наш товарищ, брошенный в сыром порубе со многими ранами, за то время, пока мы отдыхали, стал совсем плох…
— Еще один? — Великий Раджаф перевел взгляд на стражника. — Найди мне Квамена. Немедленно!
Воин согнулся в поклоне и умчался.
— А ты, — ткнул пальцем в другого правитель. — Разыщи старого Ларака и передай мое повеление забрать раненого из поруба и исцелить его.
— Благодарю тебя, великий Раджаф, — не постыдился низко поклониться ему Любовод. — Благодарю за доброту и величие твое.
— А ты, чужеземец? Ты ничего не скажешь? — полюбопытствовал правитель.
— Я благодарен тебе за милость, великий Раджаф, — вновь склонил голову Олег. — Ты всесилен и мудр. Я могу задать тебе один вопрос, правитель?
— Какой?
— Если забрать камень с твоей чалмы, ты утратишь свою силу навсегда?
— Ты дерзок, чужеземец! — как-то подтянулся и расправил плечи правитель. — Ужели ты решил, что в ответ на твое уважение ко мне я стану терпеть любые твои выходки?
— Как можно, великий Раджаф. — В этот раз Олег отвесил более глубокий поклон. — Но один мой знакомый как-то упрекнул правителя Аркаима, что тот боится открывать эту тайну даже союзникам. Очень хочется узнать, что же это за тайна?
— Да, я помню этого знакомца, — неожиданно улыбнулся хозяин. — Помню… Нет, чужеземец, ни я, ни мой брат не утратим своего могущества надолго. Этот камень не есть источник силы. Он служит лишь для концентрации. Сила находится внутри нас и досталась нам от отца. Как только мы найдем нечто похожее, пригодное для сосредоточения, то снова сможем превращать и повелевать. Но должен тебя огорчить. Даже будь я без камня, ты окажешься слишком слаб, чтобы одолеть меня, смертный. Слишком слаб… Ступайте, — совершенно неожиданно для Олега отпустил он обоих оставшихся