Жребий брошен стр. 95
лихой вояка, и, прежде чем погибнуть, могучим ударом копья проломил щит легионера во втором ряду, раздробив тому грудь и позвоночник. Да, во многих местах тяжелая конница завершила свою атаку и даже выбила кое-кого из плотного строя мертвецов — но этот толчок растопыренными пальцами не смог заставить легионы дрогнуть и отступить, не говоря уже о том, чтобы их опрокинуть.
— Электрическая сила! — Олег схватился за саблю, прикусил губу. Там, перед фалангой, среди груд окровавленных, бьющихся в предсмертных судорогах, ржущих от боли в переломанных ногах лошадей то тут, то там поднимались, покачиваясь, люди. Оглушенные, помятые — но живые! Обсидиановые стрелы калечили только скакунов — броня была им не по зубам. И потому большинство смолевников остались целы, несмотря ни на что. Они еще могли вернуться, снова подняться в седло, снова собраться для плотного удара. — Если они уйдут, нам придется тоскливо. Проклятье, мы должны их добить! Первый, второй, третий легионы, приказываю… Вперед!!! И-и, шаг! И-и, шаг!
Фаланга качнулась, двинулась по пустоши, ощетинившись копьями и через шаг сверкая лезвиями клинков в щелях между щитами. Многие из смолевников, поняв, что их ждет, кинулись бежать. Но некоторые оказались слишком помяты, оглушены, а некоторые — слишком отважны, чтобы спасаться. Они обнажали мечи, пытались вытащить окровавленные щиты из-под конских туш, наскакивали на сомкнутый строй — но с таким же успехом загнанный в угол волк мог бы пытаться укусить боевой танк. Легионы накатывали, и воины Раджафа неизбежно оказывались под ногами наступающей фаланги.
— Смотри, колдун, опять конница! — вытянул руку Ксандр. — Только она не на нас скачет. В сторону куда-то…
— Само собой, — оглянулся ведун. — Мы оторвались от задних легионов. Тех, которые фланги прикрывают. Раджаф хочет зайти нам в тыл. Сейчас поправим. Первый, второй, третий легионы, приказываю… Стоять! Сомкнуть строй! Сейчас, теперь поправим сзади, закроем щель. — Олег несколько раз качнул пальцем, вспоминая номера подразделений. — Четвертая манипула, приказываю: вперед!
— Колдун, они близко! — с тревогой предупредил кормчий.
Действительно, легкая конница, опустив пики, неслась во весь опор, а между спинами первого легиона и щитами четвертого все еще оставалась прореха почти в триста шагов.
— Колдун, колесницы! — в голос закричал Любовод. — Сюда скачут… Нет, туда же! Влево!
— Электрич… — запнулся Олег, оценивая обстановку.
В лоб первому легиону мчалась россыпь из нескольких десятков колесниц, и ему же во фланг метились не меньше тысячи легких всадников — целая лавина!
— Сейчас уда-арят!!!
— Левый фла-анг! И-и-тха!!!
Два левых ряда фаланги повернулись навстречу коннице, сомкнули щиты, опустили копья.
Конница, не снижая скорости, повернула чуть-чуть левее. Туда, где за спинами первого легиона оставался широкий, ничем не защищенный проход. Действительно, зачем всадникам разбиваться о стену и напарываться на копья, если можно безопасно зайти сзади и порубить воинов со спины в то время, когда колесницы станут сминать их спереди?
— Электрическая сила! Четвертый легион, вперед! Пятый легион, и-и-тха!
Пятый легион, успевший выстроить стену от кустарника до спин третьего, повернул влево, зашагал с правого фланга на левый, торопясь закрыть брешь, но явно не успевая. Четвертый тоже никак не успевал спасти положение, дойти до спин своих товарищей. Всадники уже влетали в смертельно опасную для армии Аркаима щель, уже метились копьями в прикрытые одной мешковиной спины.
— А-а-а! — взвыл от отчаяния ведун. — Первый легион! Аат-тха!
Послушные приказу мертвецы послушно