Звезданутые войны стр. 150
Ничего-ничего, — утешил Герман. — Это ведь даже не ликс. Понимаю, всё равно жалко, но это была достойная смерть для простого транспортника. Он нам всем, считай, жизнь спас.
«Вот, а вы говорите, нахрен я пошёл простым десантником, — думал Лежнев, прыгнув в пробитый каким-то снарядом проём, — Вон какую крутую девчонку спас. Хрен бы она долетела, если б я её не выдернул!»
А потом прикусил язык и взвыл от боли, потому что приземление оказалось неожиданно жёстким — ответственный за их главное оружие не стал тянуть время и врубил гравитацию на полную. Правильно сделал, в общем-то — нечего тянуть.
Лёгкой прогулки не получилось. То есть сначала всё шло просто идеально. Группа из пятидесяти человек двигалась спокойно, не встречая сопротивления, только время от времени натыкаясь на распластанные по полу тела кальмаров. Проверка показала, что они ещё живы — не удивительно, в общем-то. Костей у них толком нет, ломаться нечему. Органы пластичные. Правда, кровоток явно замедляется — человек бы от гипоксии умер, а эти ничего, держатся. Видно, не настолько сильно их мозги зависят от кислорода, чтобы помирать от его недостатка. В общем, по-настоящему гуманный способ — даже самый придирчивый и высокоморальный пацифист не найдёт к чему придраться.
Вот именно эта лёгкость Германа и насторожила. Во-первых — парень был уверен, что кальмары так просто не сдадутся. Во-вторых — ну когда у него что-то проходило легко и без проблем, по плану? Разве что недавний переход через туманность. И чем он закончился? Пришли к шапочному разбору, чуть не опоздали. Хотя Лежнев боялся совсем другого. Парень тогда здорово опасался, что в этот раз из туманности они могут выйти где-нибудь совсем не там. Говорил ведь когда-то старший дракон, что это странное место связывает несколько галактик… А тут вдруг всё так идёт хорошо, что хоть пикник устраивай. Ну не бывает такого!
— Так, ребята, ладно я, гражданский в основном человек, но вы-то почему про передовой дозор забыли? Вы притормозите немного, не надо так разгоняться, — попросил Герман. — Кто знает, как быстро сориентируются головоногие, и какие сюрпризы они нам готовят? Пойду я с первым десятком, дойдём до края действия нашего утяжелителя, и тогда двинем дальше, ферштейн?
— Но это же напрасный риск, — возразил кто-то из солдат. — Здесь, в центре тяжёлой зоны мы находимся в полной безопасности, а на краю можно встретить вооружённое сопротивление!
— Ничего, мы осторожненько. А то вдруг они не идиоты? Я бы на их месте так легко сдаваться не стал.
Похоже, предложение командира не
встретило энтузиазма среди подчинённых, но возражать никто не стал. Путаться в тоннелях не пришлось — все планетоиды построены по одному проекту, так что по большей части планировка совпадает. Очень скоро системы скафандра определились с положением десантников на схеме. Им немного не повезло — оказалось, что двигательные отсеки расположились на противоположной стороне гигантского корабля. Лежнев даже не расстроился — ну да, придётся добираться до центра управления. Зато из строя эту бандуру выведут надёжно. Без двигателей планетоид всё равно может сопротивляться, а без системы управления — нет.
Когда почувствовал, что к полу прижимает всё слабее, замедлил шаг:
— Так, всё, теперь осторожнее.