Звёздная Кровь. Изгой IX стр. 3
не существовало в природе. Его предстояло построить, вгрызться в скальную породу, укрыть от вражеских глаз и цепких, жадных рук. На том месте, что мы с Алексеем выбрали, сейчас не было ничего. Пустота. И на одно ледяное мгновение в душу закрался змей сомнения, а правильно ли мы выбрали место? Что, если эта ненасытная пустыня поглотит все наши труды? Что, если Игг-Древо не приживётся в этой мёртвой земле? Что я вообще знаю про эти удивительные растения? Да ничего…
Но сомнения – это роскошь. Генератор был ключом к будущему. Он должен был дать живительную энергию будущему поселению, питать производство и скромные нужды нашего первого форпоста, дать нам свет и тепло. Обеспечить будущее для остатков Небесных Людей. Это была великая, сияющая цель, мой единственный маяк в беспросветном тумане.
А вместо этого мы торчали здесь. Вместо того чтобы мчаться под всеми парусами на нашем «Золотом Дрейке» туда, куда звал нас долг, нам придётся сделать крюк. Наведаться в замок Благородного Дома ван дер Бас. Проверить слова покойного Кееса. Если пленные легионеры не были плодом его предсмертной фантазии… Если хотя бы один из моих старых бойцов, гниёт сейчас в их казематах, я не мог просто улететь.
А тут ещё эта блондинка! Свалившаяся с неба проблема в синем, перепачканном комбинезоне. Она была живым, дышащим воплощением этой проклятой задержки, этого хаоса, сбивавшего нас с единственно верного курса. Раздражение вспыхнуло с новой, удушающей силой. Я мог расколоть зирдиновый щит Восходящего, но не мог подобрать слов, чтобы успокоить её. Какая ирония!
– Кир, – голос Соболя, практичный и тяжёлый, как якорная цепь, вырвал меня из вязких раздумий. – Что будем с ней делать? И с этими?
Он кивнул на связанных дружинников, сидевших на песке жалкой кучкой и угрюмо созерцавших пыль у своих ног.
– Пленных – на «Дрейк». Допросим. Может, вытрясем из них что-нибудь полезное про замок их хозяина, – ответил я, стараясь, чтобы голос мой звучал ровно и бесстрастно. – А с ней…
Ами тем временем подошла к девушке, которая всё ещё жалась к земле, как подстреленная птица, и присела перед ней на корточки. Её движения были плавными, выверенными, в них не было и тени сочувствия, но не было и угрозы. Чистый прагматизм.
– Как есть твой имя? – спросила она на ломаном, но вполне понятном глобише. Голос её был ровным, лишённым всякой мелодичности. – Я есть Ам’Нир’Юн. А твой?
Девушка подняла на Ам’Нир’Юн свои заплаканные глаза, и в их тёмной, бездонной глубине всё ещё плескался первобытный, животный ужас, смешанный с крупицей недоверия.
– Ли-на… – прошептала она недоверчиво.
– Ли На, – повторила Ами, словно пробуя имя на вкус, как редкое, незнакомое вино.
В её голосе не было ни капли тепла, ни грана сочувствия, лишь холодная, отстранённая констатация факта.
– Мы не причинять вреда твоя. Понимать, Ли На? Мы забираем твоя на тот красивая корабль с собой. Ты полететь на наш корабль с наша. Там есть еда, вода и добрый доктор. Понимать моя?
Слова были корявыми, рублеными, но в них содержалась простая, ясная логика, единственное, что мог сейчас воспринять её истерзанный разум. Лина судорожно кивнула.
– Грузимся! – скомандовал я, и мой голос прозвучал в оглохшем пространстве резко как выстрел.
Мы двинулись к паромобилям,