Звездный час Донована стр. 50
дать ему каким-то образом сигнал. Но каким?
— Они всех нас убьют, — сказала Мэнди трагическим тоном. — Я знаю.
— Мы тебя спрашивали десять раз, — сказала Колетт холодным тоном, — и теперь спрашиваю еще раз. Что они хотели от тебя?
— Они хотели денег, — ответил я.
— Ты — жалкий лжец, — сказала она. — Ты пошел с ними на сделку и отлично это знаешь. Скажи нам правду. Любая правда лучше полного незнания. Сидишь тут и ждешь, сам не зная чего!
— Они хотели денег, — повторил я. — Возможно, все это довольно сложно, но в конечном итоге они хотели денег.
— И вы, значит, спасли свою жалкую жизнь, дав им откупного? — с величайшим презрением сказала Джулия. — А что будет с нами?
Я прошел к бару.
Поскольку девушки ничего не хотели пить, я тоже был вынужден воздержаться, а сейчас решил: черт с ним, надо выпить!
Из чистого любопытства я посмотрел, какими запасами обеспечил себя Фишер, поскольку профаном его в этом деле считать было совсем нельзя. Я увидел, что тут было практически все. Например, тут были две бутылки фирменного коньяка «Наполеон»…
А Хикс, возможно, ждал снаружи…
Я прошелся по комнате, и мой взгляд упал на хрустальную чашу с цветами. Казалось, она подходила для моих намерений. Я взял вазу и выплеснул из нее воду вместе с цветами прямо на пол.
— Ну, а теперь он совсем свихнулся, — констатировала Мэнди. — Не смог вынести такого душевного гнета!
— А что вообще можно ожидать от этих мужчин! — бросила Колетт.
Чаша была в поперечнике приблизительно сорок пять сантиметров и высотой сантиметров восемнадцать. Я поставил ее перед баром и вылил туда обе бутылки коньяка. Это был отличный коньяк и очень старый.
— О'кей, мои милые! — бодро сказал я. — Поднимайтесь!
— Пошел-ка ты в… — заявила Мэнди.
Я подошел к ней, взял ее за соски указательными и большими пальцами и подтянул к себе.
— Поднимайтесь! — повторил я.
Она пронзительно закричала и вскочила.
— Теперь он уже превращается в садиста! — завизжала она.
— Вы обе тоже поднимайтесь или с вами будет то же самое! — небрежно бросил я.
В следующий момент они уже стояли. Я приказал им повернуться. Мгновение казалось, что мне придется подавлять бунт, но потом все трое действительно повернулись.
Парису было бы трудно вынести свое решение, но он бы подошел к этому не с такими мерками. У Мэнди и Джулии были округлые и милые задочки, но именно по этой причине они и исключались из соревнования.
Задочек Колетт был тоже мил, но не такой округлый. В данный момент мне бы подходил еще более узкий, но за неимением лучшего сойдет и этот. Я схватил ее за руку, повернул к себе и повел к бару.
— Что все это значит? — спросила она с недоверием и недоумением.
— Все это довольно сложно объяснить, — признался я, — и, возможно, просьба моя покажется тебе странной, но заверяю тебя, что все это поможет нам отсюда выбраться.
— Так что же я должна делать? — спросила она. — Убить тебя?
— Страшно смешно, — процедил я сквозь зубы. — Если будет время, я еще покатаюсь по полу от смеха. Но пока этого времени у меня нет. Ты видишь чашу на полу?
— Какая некрасивая!
— В ней содержится только старый добрый коньяк, — уверил я ее. — И ты