Звездный шлюз стр. 187
Ваша машина не пострадала, но дальше вы не проедете, дорога слишком плохая. Скоро подъедут армейские грузовики и всех эвакуируют. Пока пройдите вон туда и ждите, — он указал пальцем в дальний конец импровизированной стоянки, где уже толпилось человек сто — сто пятьдесят.
— А почему нельзя вернуться на дорогу? — спросил я.
— Не успеете, — покачал головой военный. — Газ будет там с минуты на минуту. Делайте, что сказано, и все будет хорошо.
Но его аура говорила, что хорошо уже не будет. Этот человек точно знал, что ядовитое облако скоро придет сюда, а противохимические костюмы есть только у военных. И если грузовики не
придут прямо сейчас… А они явно не придут.
Внедорожник, который ехал раньше впереди меня, завелся, тронулся, выехал со стоянки и осторожно покатился по неровному полю. Я понял, что только что упустил последний шанс сохранить это тело в живых.
— Давайте, я вам помогу, — сказал я. — Надо же чем-то занять себя в последние минуты.
Военный что-то пробормотал, безразлично махнул рукой и отвернулся. Я знал, о чем он думает — он понимает, что занимается бессмысленным делом, он ждет, когда облако газа опустится на стоянку и… Хорошо, что я не телепат. Не хочу знать симптомы отравления этим газом.
— Извините, — сказал я и приказал Сети вернуть меня обратно во Владивосток.
5Над океаном занимался рассвет. Тело накрыло меня сонливой усталостью, которая, впрочем, быстро улетучилась под напором остаточного адреналина. Я открыл холодильник, вынул очередную банку пива, задумчиво повертел ее в руках, поставил обратно и вытащил бутылку водки. И почувствовал сетевой вызов от кого-то незнакомого.
«Привет! «сказал я. «Ты кто?»
И сразу почувствовал, что собеседник в ярости.
«Я — это ты», сказал он, точнее, оно.
Очевидно, мы-два успело вступить в еще один мейоз, потому я его и не узнал.
«Теперь ты довольно?» спросило мы-два. «В окрестностях Лэнгли к вечеру умрет сто тысяч людей, а еще двести тысяч останутся инвалидами. И все из-за тебя».
Я почувствовал, как изнутри поднимается гнев.
«От чумы погибло почти три миллиона», сказал я. «И не надо говорить, что ты ни при чем».
«Америка избавляется от балласта», спокойно сказало мы-два. «Лучше делать это чумой, чем пулями, так гуманнее».
«Ни хрена себе гуманнее!» воскликнул я. «От пули так не страдают».
«Зато от пули страдает тот, кто стреляет. У вас в России скоро станет тесно от моральных уродов».
«А у вас не тесно? Наши ФСБшники, в отличие от твоих начальников, инопланетянам еще не продались «.
«Ты о чем?» удивленно переспросило мы-два и я понял, что его удивление искреннее.
«Ну как же! Дракон… гм…» я замялся.
«Договаривай уж», рассмеялось мы-два. «Я и так уверен, что в Лэнгли не обошлось без Драконтреста».
«Уверен?» переспросил я. «Именно уверен, а не уверено?»
«Да, я решил, что я все-таки мужчина», сказал мы-два. «Я вступал в мейозы главным образом с мужчинами, от Даши у меня уже почти ничего не осталось».
«Какие мейозы? Чем ты там вообще занимался?»
«Вступал в мейозы», повторил мы-два. «Сегодня утром нас было около тысячи. Сейчас осталось в десять раз меньше».
«Нас — это кого? Погоди… Ты вступил в тысячу мейозов?»
«Я лично вступил в одиннадцать мейозов, считая самый первый. Но