Языкознание, иностранные языки - стр. 3
Русский мат как мужской обсценный код: проблема происхождения и эволюция статуса
Исходный вид ключевой для современного русского мата формулы (еб твою мать из пес еб твою мать), как представляется, не вызывает возражений среди современных исследователей русских обсценных речевых практик. После базовых статей Б.А. Успенского, опубликованных затем в «Избранных трудах» в качестве одной фундаментальной работы, этот тезис, вроде бы, никем всерьез не оспаривался. Однако, выстроенная Б.А. Успенским система доказательств, приводящая в итоге к ключевой для этого автора гипотезе о происхождении и этапах становления русского мата, нуждается, на мой взгляд, в серьезной корректировке.
Напомню вкратце, о чем идет речь. Б.А. Успенский выводит исходную формулу из отразившегося в различных мифологических системах брака Бога Неба (или Громовержца) и Матери-Земли, с последующей травестийной заменой Громовержца на его извечного противника, хтоническое божество, принявшее обличие пса, а затем с заменой Матери-Земли на мать собеседника. Впоследствии, в результате редукции исходной формулы, происходит переосмысление
Автор книги, известный советский поэт, ставит своей целью подготовить молодого читателя к самостоятельному восприятию художественной литературы. Композицию книги определяет историко-сравнительный метод. Обилие вставных новелл сообщает занимательность изложению. Большое внимание уделено в книге поэтике и стилистике.
Это не путеводитель по городу с подробным перечислением его площадей, улиц и переулков, а сборник небольших рассказов о людях в нём, о случайности их встреч и разговоров, не унесённых в небытие ветром времени. Это – жизнь москвичей двух последних столетий в городе великой истории и потрясающей культуры, бегло запечатлённая в мемуарной литературе. Это те драгоценные фрагменты бытия, которые вызывают желание знать о них больше, пройти по пути исканий, страданий и радостей наших предшественников.
Эта книга – первая часть четырёхтомника, посвящённого русской литературе двадцатого века. Каждая глава – страница истории глазами писателей и поэтов, ставших свидетелями главных событий эпохи, в которой им довелось жить и творить.
В первый том вошли лекции о произведениях таких выдающихся личностей, как Чехов, Горький, Маяковский, Есенин, Платонов, Набоков и другие.
Дмитрий Быков будто возвращает нас в тот год, в котором была создана та или иная книга.
Книга создана по мотивам популярной программы «Сто лекций с Дмитрием Быковым».
Robert Bloch: The Fear Planet
Я надеюсь, что никто никогда не прочтет это. Потому что, если кто-нибудь это сделает, это будет означать лишь одно, что кто-то еще прибыл сюда. И если они придут, значит их поймают, как поймали нас.
Просто чтобы не рисковать, я не буду указывать даты. Я не буду указывать название нашей экспедиции. Никаких подсказок. Просто предупреждение.
Да, я напишу это как предупреждение. Напишу сейчас, пока еще могу.
Мы приземлились вчера на этот проклятый астероид. Нас было четверо - капитан Джейсон Штурм; маленький Бенсон, инженер и штурман; Хекер, наш биолог. А я сам - радист, помощник штурмана, мастер на все руки.
Не хочу акцентировать внимание на нашем путешествии. Оно не было приятным. Упакованные как сардины в жестяном корабле, несущемся в космосе. Мы были готовы приземлиться даже на комету, чтобы почувствовать твердую почву под ногами.
Карты капитана Штурма демонстрировали прекрасный творческий подход, и будь
Бывают темы, как будто лежащие на поверхности, но в то же время изученные слабо. Сколько страниц мировой литературы посвящено сиротам – не счесть. Писали о детях без отцов и/или матерей древние и средневековые авторы, за ними – Чарльз Диккенс и Роальд Даль, Астрид Линдгрен и Ханс Кристиан Андерсен, Вениамин Каверин и Корней Чуковский, пишут о них и современные авторы.
Чем вызван такой интерес к архетипу сироты? Как эволюционировал этот образ за несколько веков? Какие ценности транслируют «История Тома Джонса, найдёныша» и «Голодные игры»? Подобными вопросами задаётся автор книги «Гадкий утёнок, Гарри Поттер и другие. Путеводитель по детским книгам о сиротах» Ольга Бухина, и на многие находит неожиданные ответы, немало говорящие о нас, читателях.
Книга даёт подробный анализ мотива сиротства в мировой литературе, причём автор делает акцент на наиболее популярных, читаемых, обсуждаемых книгах прошлого и настоящего. Сирота девятнадцатого века страдал и пытался хоть как-то устроиться в жизни, в двадцатом столетии он стал решительным и активным, а в двадцать первом и вовсе оказался способным спасти мир, как, например, Гарри Поттер или Китнисс Эвердин. Переводчик, литературный критик и специалист по детской литературе Ольга Бухина анализирует причины таких перемен и намечает возможное развитие образа в дальнейшем.
Путеводитель будет полезен родителям, библиотекарям и педагогам, стремящимся подобрать наиболее подходящую литературу для детского чтения. Поможет им в выборе и удобно организованный справочный материал, включающий списки книг и фильмов, а также уникальную авторскую «Энциклопедию сирот». Кроме того, книга понравится ценителям исследований явлений культуры.
В книгу включена серия избранных художественно-биографических очерков о писателях, внёсших ощутимый вклад в русско-еврейскую литературу XIX – начала XX вв. Особое внимание уделено авторам, стоявшим у истоков этой литературы, и переводчикам, открывшим российскому читателю практически незнакомый многогранный еврейский мир.
Robert Bloch: F. O. B. Venus
Гарольд Фоллансби был первым, кто увидел его. В мире, переполненном военными наблюдателями, наблюдателями гражданской обороны, профессиональными астрономами и любителями летающих тарелок и другой небесной посуды, Гарольд Фоллансби был крайне маловероятным кандидатом на честь приветствовать нашего первого посетителя из Космоса.
Фоллансби был самым робким, замкнутым и сосредоточенным лишь на себе типом (даже ногти на ногах его были вросшими), и он почти не выходил на улицу, за исключением тех случаев, когда ездил на работу и обратно. Он даже довольно редко осмеливался смотреть в окно с того неудачного утра, когда, страдая от сильного похмелья, он поднял шторы и обнаружил, что оно было залито кровью снаружи.
Он работал в самом центре Чикаго, таясь на верхнем этаже большого музыкального магазина. Здесь он служил техническим хранителем отдела нот.
То, что Гарольд Фоллансби в этом темном месте может столкнуться с инопланетянином, было невероятным обстоятельством.
Но странные
В книге собраны и обобщены в единую картину данные лингвистики, нейрофизиологии, когнитивной науки, антропологии, археологии, этологии, генетики и других наук, так или иначе проливающие свет на происхождение языка. Строгость научного подхода к фактам, чёткость формулировок сочетаются с доступностью изложения, что делает книгу интересной для широкого круга читателей.
Эта книга – событие не только для отечественного, но и для мирового читателя, хотя, возможно, она встретит немалое сопротивление и вызовет противоречивые чувства. Один из видных представителей круга неопушкинистов нашего времени (Лацис, Дружников, Петраков, Козаровецкий и др.), Альфред Барков, философ, аналитик, литературовед, рассматривает пушкинскую мистификацию вокруг «Евгения Онегина» и предлагает прочтение произведения, альтернативное традиционному.
О наличии в романе большого количества противоречий и парадоксов написано немало. Но, по мнению исследователя, официальная пушкинистика, как наша, так и зарубежная, не разглядела в Пушкине гениального мистификатора. Его творчество во многом тайна за семью замками. До сих пор не раскрыт и пушкинский замысел «Евгения Онегина», утверждает автор, при всей своей кажущейся простоте это произведение остается самым сложным в русской литературе. Так, конфликт и причину дуэли Ленского и Онегина он объясняет не иначе как завистью посредственности к таланту: за образом Онегина скрывалась вполне определенная личность, от чьих злобных нападок был вынужден защищаться Пушкин. Попытка преодолеть стереотип мышления – и иной, совсем не хрестоматийный, взгляд на «вечный идеал» – Татьяну Ларину.
Английский язык для автора – существо одушевленное, он рассматривает его историю от первых англосаксов в раннем Средневековье, через набеги викингов, норманнское завоевание, произведения Чосера и Шекспира, промышленную революцию. Брэгг отслеживает и кругосветное путешествие, проделанное английским в кильватере британского империализма, повсюду сопровождая своего героя – и в Америку, и в Индию, и в Австралию. Несколько глав посвящено американскому английскому и его развитию под влиянием самых разных факторов – от путевых журналов Льюиса и Кларка до африканских диалектов, завезенных рабами. Заглядывая вперед, Мелвин размышляет о том, как повлияют на литературный нормативный язык «другие инглиши», используемые теми, для кого этот язык – второй.
Английский язык с Робинзоном Крузо (в пересказе для детей)
Robinson Crusoe Written Anew for Children by James Baldwin
Необыкновенно простой язык. C этой книги хорошо начинать читать по-английски.
Текст адаптирован (без упрощения текста оригинала) по методу Ильи Франка: текст разбит на небольшие отрывки, каждый и который повторяется дважды: сначала идет английский текст с «подсказками» — с вкрапленным в него дословным русским переводом и лексико-грамматическим комментарием (то есть адаптированный), а затем — тот же текст, но уже неадаптированный, без подсказок.
Начинающие осваивать английский язык могут при этом читать сначала отрывок текста с подсказками, а затем тот же отрывок — без подсказок. Вы как бы учитесь плавать: сначала плывете с доской, потом без доски. Совершенствующие свой английский могут поступать наоборот: читать текст без подсказок, по мере необходимости подглядывая в подсказки.
Запоминание слов и выражений происходит при этом за счет их повторяемости, без зубрежки.
Кроме того, читатель привыкает к логике английского языка, начинает его «чувствовать».
Этот метод избавляет вас от стресса первого этапа освоения языка — от механического поиска каждого слова в словаре и от бесплодного гадания, что же все-таки значит фраза, все слова из которой вы уже нашли.
Пособие способствует эффективному освоению языка, может служить дополнением к учебникам по грамматике или к основным занятиям. Предназначено для студентов, для изучающих английский язык самостоятельно, а также для всех интересующихся английской культурой.
Мультиязыковой проект Ильи Франка: www.franklang.ru
От редактора fb2. Есть два способа оформления транскрипции: UTF-LATIN и ASCII-IPA. Для корректного отображения UTF-LATIN необходимы полноценные юникодные шрифты, например, DejaVu или Arial Unicode MS. Если по каким либо причинам вас это не устраивает, то воспользуйтесь ASCII-IPA версией той же самой книги (отличается только кодированием транскрипции). Но это сопряженно с небольшими трудностями восприятия на начальном этапе. Более подробно об ASCII-IPA читайте в Интернете:
http://alt-usage-english.org/ipa/ascii_ipa_combined.shtml
http://en.wikipedia.org/wiki/Kirshenbaum