Джек Лондон - стр. 7
В очередной том собрания сочинений Джека Лондона вошли повести и рассказы. «Белый Клык» — одно из лучших в мировой литературе произведений о братьях наших меньших. Повесть «Путешествие на „Ослепительном“» имеет автобиографическую основу и дает представление об истоках формирования американского национального характера, так же как и цикл рассказов «Любовь к жизни».
I
Джозия Чайлдс был обыкновенным процветающим дельцом с самой заурядной внешностью. Он носил шестидесятидолларовый практичный костюм, приличные, удобные ботинки по моде, его галстук, воротнички и манжеты были именно такими, какие носят все процветающие деловые люди. Единственной экстравагантной деталью его костюма был котелок. Город Окленд (Калифорния) не какой-нибудь сонный провинциальный городишко, и Джозия Чайлдс, один из самых крупных бакалейщиков этого бурно растущего западного города с населением в триста тысяч человек, жил, действовал и одевался соответственно своему положению.
Но в это утро его появление в магазине незадолго до наплыва покупателей, если и не вызвало нарушения заведенного порядка, то уж, во всяком случае, самым значительным образом снизило работоспособность служащих на целых полчаса. Он приветливо кивнул двум возчикам, грузившим свои фургоны товаром для того, чтобы с утра пораньше доставить его покупателям, и по привычке бросил довольный взгляд на вывеску, прибитую на фронтоне здания, — «Чайлдс. Бакалейные товары». Буквы были не
Рассказ о похождениях делового белого человека среди некоего народца, жившего на берегу Северного Ледовитого океана.
Я лениво слушал бесконечные песни Кохокуму о подвигах и приключениях полубога Мауи, полинезийского Прометея, выудившего сушу из пучин океана прикрепленной к небу удочкой, поднявшего небо, под которым раньше люди ходили на четвереньках, не имея возможности выпрямиться, остановившего солнце с его шестнадцатью перепутанными ногами и заставившего его медленнее двигаться по небу; очевидно, солнце было членом профессионального союза и признавало шестичасовой рабочий день, тогда как Мауи стоял за открытый цех, за двенадцатичасовой рабочий день.
— А вот это, — говорил Кохокуму, — из семейной меле королевы Лилиукалани:
Мауи расшевелился и стал сражаться с солнцем
При помощи силка, который он расставил.
И солнце было побеждено зимою,
А лето победил Мауи…
Будучи сам уроженцем Гавайских островов, я лучше знал местные мифы, чем этот старый рыбак, хотя и пользовался его памятью, дававшей ему возможность воспроизводить их часами без перерыва.
— И ты веришь в это? — спросил я на мягком гавайском языке.
— Это было очень,
Лон Мак-Фейн был несколько раздражен из-за того, что потерял свой кисет, иначе он рассказал бы мне хоть что-нибудь о хижине у Нежданного озера до того, как мы добрались туда. Весь день напролет, вновь и вновь сменяя друг друга, шли мы впереди нарт, утаптывая в снегу тропинку для собак. Это тяжелая работа — утаптывать снег, и она не располагает к болтливости, но все-таки в полдень, когда мы сделали остановку, чтобы сварить кофе, Лон Мак-Фейн мог бы перевести дух и кое-что рассказать мне. Однако он этого не сделал. Нежданное озеро? Для меня это оказалась Нежданная хижина. Я ничего до тех пор о ней не слышал. Признаться, я немного устал. Я все ждал, когда Лон устроит привал на часок, но я был слишком горд, чтобы самому предложить передохнуть или спросить, что он намеревается делать, хотя, между прочим, он служил у меня и я платил ему немалые деньги за
На тюремном дворе я трудился не покладая рук два дня. Это была тяжелая работа, и хотя я отлынивал при каждом удобном случае, я совершенно выбился из сил. В этом виновата еда. На таких харчах никто не смог бы как следует работать. Хлеб да вода — вот все, что нам давали. Раз в неделю нам полагалось мясо, но мы не всегда его получали, а если и получали, то после того, как из него предварительно вываривали все питательные вещества: они уходили в «суп», так что уже не имело значения, попадалось ли тебе это мясо или нет.
Кроме того, эта хлебно-водяная диета имела еще один существенный недостаток. Воду нам давали в неограниченном количестве, но хлеба не хватало. Порция хлеба была примерно величиной с два кулака, и такую порцию каждому заключенному давали три раза в день. Должен сказать, что у воды было одно положительное качество — она была горячая.
Рассказы цикла «Любовь к жизни» пронизаны глубоким оптимизмом и верой в физические и духовные силы человека, в его способность преодолевать любые трудности и лишения.
Американский миллионер получает вежливые письма с требованием уплатить организации «Любимцы Мидаса» 20 миллионов долларов под угрозой смерти — смерти случайных, совершенно посторонних людей. Сможет ли миллионер взять на свою совесть эти убийства?
Бросив последний испытующий взгляд на гладкую морскую поверхность, Дэвид Гриф медленно и с удрученным видом спустился по вантам на палубу.
— Островок Лю-Лю затонул, мистер Сноу, — сказал он молодому встревоженному помощнику. — Если навигационная наука вообще чего-нибудь стоит, то, несомненно, остров находится под водой, и мы дважды проплыли над ним или над тем местом, где он должен быть. Если это не так, то либо врет хронометр, либо я сам перестал что-либо смыслить в навигации.
— Наверное, дело в хронометре, сэр, — убеждал помощник хозяина. — Вы знаете, что я делал свои отдельные наблюдения и что результат получился совершенно такой же, как у вас.
— Да, — пробормотал Гриф с досадой, — и там, где пересеклась ваша полуденная линия, как и моя, там должен находиться центр островка Лю-Лю. По-видимому, дело в хронометре. Может быть, испортилось зубчатое колесо или еще что-нибудь.
Он прошелся к перилам и обратно и с тревогой посмотрел
В пятый том настоящего издания вошли: сборник рассказов «Луннолицый» (Нью-Йорк, Макмиллан, 1906), повесть «До Адама» (Нью-Йорк, Макмиллан, 1907), сборник рассказов «Любовь к жизни» (Нью-Йорк, Макмиллан, 1907) и очерки «Дорога» (Нью-Йорк, Макмиллан, 1907).
Рассказ «Луннолицый» впервые опубликован в издании Макмиллан, Нью-Йорк, 1906.
«Рассказ укротителя леопардов» – в журнале «Леслиз магазин» в августе 1903 года.
«Местный колорит» – в журнале «Энслис магазин» в октябре 1906 года.
«Любительский вечер» – в периодическом издании «Пилгрим» в декабре 1903 года.
«Любимцы Мидаса» – в журнале «Пирсона магазин» в мае 1901 года.
«Золотой каньон» – в журнале «Сэнчури магазин» в ноябре 1905 года.
«Планшетка» – в журнале «Космополитен магазин» в июне – августе 1906 года.
«Тень и вспышка» – в журнале «Букмен» в июне 1903 года.
Повесть «До Адама» впервые печаталась в журнале «Эврибодиз магазин» с октября 1906 по февраль 1907 года, отдельным изданием повесть вышла в 1907 году.
Рассказ «Любовь к жизни» впервые опубликован в журнале «Мак-Клюрс мэгэзин» в декабре 1905 года.
«Бурый волк» – в журнале «Эврибодиз мэгэзин» в августе 1906 года.
«Однодневная стоянка» – в журнале «Кольерс» в мае 1907 года.
«Обычай белого человека» – в периодическом издании «Сандиз мэгэзин синдикейт» в 1905 году.
«Сказание о Кише» – в журнале «Холидэй мэгэзин» в январе 1904 года.
«Неожиданное» – в журнале «Мак-Клюрс мэгэзин» в августе 1906 года.
«Тропой ложных солнц» – в журнале «Харперс мэгэзин» в декабре 1905 года.
Все очерки сборника «Дорога» печатались в журнале «Космополитен мэгэзин» в 1907 году, за исключением очерка «Быки», который был напечатан в том же журнале в марте 1908 года. «Признание» (май), «Держись» (июнь), «Картинки» (сентябрь), «Сцапали» (июль), «Исправительная тюрьма» (август), «Бродяги, которые проходят ночью» (декабрь), «Бездомные мальчишки и веселые коты» (ноябрь), «Две тысячи бродяг» (октябрь).
Джек ЛОНДОН
УЛОВКА ЧАРЛИ
Быть может, свой самый смешной и в то же время самый опасный подвиг наш рыбачий патруль совершил в тот день, когда мы одним махом захватили целую ораву разъяренных рыбаков.
Чарли называл эту победу богатым уловом, и хотя Нейл Партингтон говорил о хитрой уловке, я думаю, Чарли не видел тут разницы, считая, что оба слова означают "выловить", "захватить". Но будь то уловка или улов, а эта схватка с рыбаками стала для них настоящим Ватерлоо, ибо то было самое тяжелое поражение, какое когда-либо нанес им рыбачий патруль, - и поделом: ведь они открыто и нагло нарушали закон.
Во время так называемого "открытого сезона" рыбаки имеют право ловить лососей, сколько им посчастливится встретить или сколько влезет в их лодки. Однако с одним существенным ограничением. С заката солнца в субботу и до восхода в понедельник ставить сети не разрешается. Таково мудрое постановление Рыболовной комиссии, ибо
Джекоба Кента всю жизнь одолевала алчность. Эта болезнь развила в нем постоянную недоверчивость, и у него настолько испортился характер, что с ним очень неприятно было иметь дело. Он отличался крайним упорством и неповоротливостью ума и вдобавок ко всему был лунатиком.
Кент чуть не с колыбели работал ткачом, пока клондайкская лихорадка не проникла в его кровь и не оторвала его от станка. Хижина Кента стояла на полпути между постом Шестидесятой Мили и рекой Стюарт. И путешественники, обычно проезжавшие здесь по дороге в Доусон, сравнивали Джекоба Кента с бароном-разбойником, засевшим у себя в замке и взимающим пошлину с караванов, которые проходят по запущенным дорогам в его владениях. Чтобы придумать такое сравнение, нужно было обладать кое-какими познаниями в истории. А не столь образованные золотоискатели с берегов реки Стюарт характеризовали Кента в более примитивных выражениях, в которых преобладали крепкие эпитеты.
Кстати сказать, хижина была вовсе не его. Ее построили