А. Грибоедов : Горе от ума. А. Сухово-Кобылин : Пьесы. А. Островский : Пьесы стр. 1478
Домна Пантелевна . Все-таки музыка. Ну, а холостому какое удовольствие? Окромя, что выпить с приятелями, никакой ему другой радости нет в жизни.
Великатов . А хозяйство, Домна Пантелевна? Как вы об этом скажете?
Домна Пантелевна . Ну, конечно, ежели кто хозяйство свое ведет…
Великатов . За мной этот грех водится. У меня в деревне домик хороший, комнат в сорок, лошадей довольно, садик разведен чуть не на версту, с беседками, с прудами…
Домна Пантелевна . Значит, все заведение вполне, как следует быть у хорошего помещика?
Великатов . Все вполне, Домна Пантелевна. Коли скучно, выдешь на крыльцо, индейские петухи по двору ходят, все белые.
Домна Пантелевна . Белые! Ах, скажите, пожалуйста!
Великатов . Закричишь им: «Здорово, ребята!» Они тебе отвечают: «Здравия желаем, ваше благородие!»
Домна Пантелевна . Приучены?
Великатов . Приучены. Ну, и утешаешься. По крышам, по заборам павлины сидят, хвосты-то на солнышке так и играют.
Домна Пантелевна . И павлины? Ах, батюшки мои!
Великатов . Выдешь в парк погулять, по озеру лебеди плавают, все парочками, все парочками, Домна Пантелевна.
Домна Пантелевна . Да неужто лебеди? Вот рай-то! Хоть бы глазком взглянула.
Великатов (взглянув на часы). Так мы хорошо, приятно с вами, тетенька, разговорились, что расставаться не хочется; поговорил бы и еще, да некогда, извините, дело есть.
Домна Пантелевна . Уж и я бы поговорила, такой вы для меня приятный… Этакого милого, обходительного человека я и в жизнь не видывала…
Великатов . От бенефиса вашего я, Домна Пантелевна, деньги нажил, так позвольте вам подарочек предложить. (Уходит в переднюю и выносит сверток в бумаге и подает Домне Пантелевне.)
Домна Пантелевна . Что же это такое?
Великатов . Платочек.
Домна Пантелевна (развернув бумагу). Да какой платочек, помилуйте — скажите, это целая шаль, я сроду такой и не нашивала. Да сколько ж она стоит-то?
Великатов . Не знаю, мне даром досталась, у купца у знакомого взял по-приятельски.
Домна Пантелевна . Батюшка, да за что же это? Право, уж я и не знаю, что мне… Да уж я вас поцелую, уж позвольте, родной мой… душа моя не вытерпит.
Великатов . Сделайте одолжение, сколько вам угодно.
Домна Пантелевна целует его.
Прощайте! Александре Николавне засвидетельствуйте мое почтение. Может быть, не увидимся. (Уходит.)
Домна Пантелевна провожает его в переднюю, потом возвращается.
Домна Пантелевна . Откуда этакие люди берутся! Батюшки мои! (Надевает платок.) Да я его и не сниму теперь. (Смотрит в зеркало.) Барыня, ну как есть барыня! Вот человек-то! А то что у нас за люди! Не глядели б глаза мои на них. Ведь вот есть же люди. (Прислушивается.) Кто там еще?
Входит Нароков с венками и букетами.
Явление третьеДомна Пантелевна и Нароков .
Нароков . Вот бери, на! Вот лавры твоей дочери! Гордись!
Домна Пантелевна . Эка невидаль! Куда нам эти веники-то! На что они!
Нароков . Невежество! Эти венки — знак восторга, знак признательности таланту за счастие, которое он доставляет. Лавры — это диплом на почет, на уважение.
Домна Пантелевна . Сколько небось истрачено на этот хворост! Лучше бы деньгами. Деньгам-то уж мы бы место нашли, а