Аббарр. Песок и пламя стр. 424
кошку-переростка с искрящимся крылом и злобным взглядом. Но приглашения караванщику не требовалось – поправив сумку, он запрыгнул позади элвинг, с удивлением отмечая, что сидеть на кайрине даже удобнее, чем на рассёдланном гваре.
– Знал бы, захватил седло Золотинки, – ухмыльнулся Карш и, услышав ворчание Сварга, спросил: – Это он мне?
– Ага, – кивнула элвинг. – Говорит, что седлал бы ты тогда чёрный камень.
Карш не видел лица Ашри, но готов был поклясться, что элвинг улыбается.
– Держись крепче! – крикнула Ашри, опуская на глаза гогглы.
Карш сжал ногами бока кайрина и опёрся руками. Сварг поднялся, сделал пару шагов от края, развернулся и, опустив морду, прыгнул раз, другой. Вот когти стукнули о камень и оттолкнулись. Взмах крыльев, ещё один. Взглянув вниз, Карш увидел, что висит в воздухе, сидя на спине кайрина. Что ещё ждало его в этом путешествии?
Сварг сделал круг, набрал высоту, расправил крылья и поймал поток. Лиловые искры шлейфом осыпались с чёрных пластин. Восходящий Орт был за левым крылом: они летели на юго-восток. Обратно к Стражу!
* * *Воздух впитывал ярость и силу Орта. Не нужно было говорить вслух, что и так было понятно – скоро небо раскалится так, что сожжёт крылья и выжжет разум.
Карш вспомнил покалывания на кончиках пальцев и зелёную бусину пламени в заполненном орме:
– Каково это? – спросил он. – Отдавать пламя камню?
Ашри ответила не сразу:
– Как терять кровь: главное, не переборщить. Я не чувствую, как мой мнемор пьёт Пламя, но когда я сжала чистый орм в ладони – из меня словно весь воздух вышел. Это как получить под дых и свалиться, не в силах сделать ни единого вздоха.
Элвинг замолчала, но караванщик привык к паузам в её рассказах. Он знал, что она продолжит, как только найдёт нужный фрагмент истории, и потому ждал, жадно впитывая каждое её слово, как орм пламя.
– Можно использовать камни, чтобы сдерживать пламя, – Ашри тряхнула браслетом. – А можно сделать ошейники, которые парализуют и уничтожат его. Единственное, этих камней в мире меньше, чем рубинов, и если правда то, что ты говоришь, и в Энхар реально нашли жилу, то владеющий ею станет новым Орму. Даже больше. Силурия исчерпала свои шахты. Эра воздушных кораблей уходит с каждым разлетевшимся на осколки рубином. Великаньи деревья больше не пьют воду, омывающую кровавые жилы Тхару, и не откликаются на зов камней. Духи крылатых птиц не могут связать волю камней и дерева – скреплять стихии и вести воздушные корабли по небу. Ормы станут последней стрелой, пущенной в обескровленные Парящие острова. Или же, наоборот, орудием против хранителей Интару.
– Но технология, скрепляющая живое и неживое в твоём кайрине? – возразил Карш. – Почему не использовать её в небесных кораблях?
– Не каждый разум способен принять имбиру, а принявший никогда не станет прежним. Имбиру достаточно энергокапсул, но в песках Мэй их не найти. А вот будь у нас пара рубинов побольше или с десяток мелких – мы бы вообще забыли о хлопотах и заботах. Да, дружок? – Ашри взъерошила перья кайрина.
Карш задумался. Девчонка была права: ормы дадут преимущество владеющим ими. Белых псов, приблизившихся за последние годы так сильно к Орму, теперь легко нейтрализовать – стоит лишь заковать в ошейник и посадить на