Аббарр. Песок и пламя стр. 451
пришли.
Ашри нахмурилась: камни тут ничем не отличались от камней за спиной, а пропасть всё так же была неприступной. Её замешательство, похоже, забавляло жрицу.
– Ну же, встань рядом со мной, – Аббис поманила элвинг. – Я не кусаюсь.
– Не кусаются только беззубые, и то в их заду может быть жало, – буркнула Ашри, но подошла.
Перед глазами элвинг возникла иллюзия, или же открылась тайная дверь. С каждым шагом мир расслаивался. Выступающий край обрыва с обломком колонны ожил. Раскрошенный серый камень пустил зелёные побеги, Пламя сплелось и устранило следы времени и забвения. Но огонь не застыл, не принял форму материи, он продолжал сиять, как бы подчёркивая разницу в дне сегодняшнем и минувшем. Обнажая память, но не обращая мир вспять. Врата, подобные тем, что открывали путь к Аллее Теней, вели через пропасть.
Ашри зачарованно шла к ним вслед за Аббис. Вглядывалась в вязь узоров и мерцающие части механизмов. Утраченные знания, забытые технологии Древних, как у Врат, что держат хранители, оберегая мир смертных от вторжения Гаара. Но меньше, скромнее. Через арку скрытого портала серость Дартау выглядела иначе. Нет, это был всё тот же бесконечный разлом. Но теперь густая тьма вызывала восхищение, как бесконечное ночное небо. Величие и непостижимость. Вылинявшие клочья тумана рассеялись, чёрный город на той стороне искрился глубиной и таинственностью. Его гладкие грани впитывали любой свет и отражали всполохами. Город дышал. Пульсировал.
– У белого города чёрные корни, – сказала Аббис. – Теперь ты знаешь, почему Аббарр называют Чёрным Цветком,
– Но может ли город существовать одновременно в Тхару и Дартау? – изумилась Ашри.
– Мог, – ответила Аббис. – До того, как был разделён. Чтобы спасти Тхару, Древние отсекли Дартау. Но это долгий рассказ, а нам следует поторопиться.
К Чёрному Цветку вёл изумрудный, сотканный из пламени мост, узкой лентой в плавном изгибе перекинутый с одного края пропасти на другой. Ашри хотела пройти сквозь Врата, но Абби остановила её:
– Постой, – аллати мягко отстранила элвинг и подошла к правой стороне арки. – Подобно любым дверям даже двери Бездны нуждаются в ключе.
Жрица Пламени сняла с шеи амулет и поднесла к камню. Накрыв ключ ладонью, Аббис зашептала слова. Врата откликнулись на зов, призрачный механизм пришёл в движение. Сотни мотыльков сорвались с моста и устремились прочь. Так огонь костра бросает искры в ночное небо, так бабочка теряет чешуйки со своих крыльев. Мост менялся. Зелёное Пламя Интару теряло янтарный огонь Имола, становясь лазурью Азура.
– Теперь можем идти, – Аббис вернула ключ на шею. – Но стоит поторопиться, пока мост вновь не вобрал в себя искры Имола.
– Что значат эти символы? – Ашри указала на вырезанные в камне руны. Некоторые были похожи на ключ-подвеску Аббис, другие встречались ей в росписи древних руин.
– Руническое письмо Древних, – Аббис указала на петлю с перекладинами. – Это знак Тау, означающий путь и пламя Интару, созвучный слову «время», но не тождественный понятию «варме». У каждого цвета пламени – свой знак. Древние наделяли слово силой, а руна была печатью. Начертанный, вырубленный в камне знак служил предостережением и заклинанием. До сих пор мы носим тау на шее, открывая им пути для тока пламени.
– Ключи от шкатулок были похожи на тау, – вспомнила Ашри. – А мелодия погружала в вязкий морок кошмаров.
Аббис