Аббарр. Песок и пламя стр. 462
всё так, как надо. Но зачем было трогать приют?
– Приют? – Аббис удивлённо вскинула брови. – Мы не трогали детей. Лишь ты была нашей целью.
– Так ты не знаешь? – Ашри качнула головой. – Ину отправил тебя устранить единственное, что угрожало его власти.
– О чём ты? – аллати подошла вплотную к ловушке. – Говори!
– Спроси его сама, – оскалилась Ашри. – Похоже, не только меня использовали в этой игре.
Аббис зарычала, но не рискнула прикоснуться к элвинг, боясь, что ормы выпьют и её силу.
– Я устала, – глаза элвинг становились всё бледнее. – Однажды один дракон сказал, что я найду дом на краю света. Наверное, это тут. Жаль, что не было иного пути спасти этот мир от меня без искры синего бистёныша. Если сможешь, найди Зурри…
Ашри закашлялась, сплюнула кровь и оскалилась:
– А ещё подумай… если не псы… и не я… то кто сделал шкатулки и… призвал Пожирателя?
Карш стоял перед стариком в окружении сада, которому позавидовала бы сама Тарипаску. Тень дарила прохладу, аромат будоражил, от ярких пятен рябило в глазах: крохотные, похожие на бабочек птички порхали от цветка к цветку.
– Раз ты отказался разделить завтрак в моём доме, значит, тебя одолевают сомнения, – Ыргых приложил к губам тонкую костяную трубку и выпустил через нос две тонкие струйки сизого дымка. Запахло веточками чавуки и мятой. – Но раз ты готов сесть за стол со мной, нам ещё есть о чём говорить.
Ыргых указал рукой на свободный палан: традиционный южный стул брюхом задевал пол. Черепаха на коротких лапках, выточенная из цельного куска твёрдого как камень дерева, а сверху подушка, набитая шелухой семян и принимающая форму любых ягодиц. Карш опустился и поёрзал: палан был на удивление неудобен. Но, поймав неодобрительный взгляд старика, караванщик застыл: переговоры требовали покоя, любая суета, в том числе тела, была признаком неуважения или неискренности.
– Произошло нечто, что рождает во мне сомнения. И лучше я откажусь от твоего гостеприимства, Ваэллу Ыргых, нежели оскверню его лицемерием.
– Справедливо, – Ыргых постучал трубкой, выбивая прогоревший табак. – Тогда давай поскорее покончим с этим. Я знаю, что ты хочешь отправиться в Чёрный Цветок в Драконьем Хвосте, и ты знаешь, что сделать это сможешь лишь со мной. Но какая зола насыпана меж этих двух фигур?
– Скажи, Ваэллу, почему ты посоветовал мне девицу с кайрином и кто ещё знал об этом?
– Ты хочешь знать, ведал ли я о цели твоей поездки в Ахран и говорил ли я Цави, что ты нанял Пепельную Птичку? – Ыргых усмехнулся и стал набивать трубку. – Чтобы узнать, сколько ног у гвара, не стоит спрашивать о цвете его седла.
– Я хочу знать, могу ли доверять тебе.
Ыргых молчал, и молчание его длилось так долго, что Карш подумал, не забыл ли старик о нём, а ещё палан был зверски неудобен. Но вот бист закончил набивать трубку, раскурил и, выпустив череду мелких колечек, ответил:
– Тогда спроси себя, что было бы, не найми ты её.
Карш задумался. И теперь молчание сковало его уста. Ноги затекли, но вереница мыслей, заполнившая разум, колола сильнее, и неудобства тела на время отступили.
– Дхару тоже работал на Цави и доставлял товар из Ахрана? – на один камень на душе стало легче.
– Твой Отец