Аббарр. Песок и пламя стр. 535
из пещер, Дхару не уталил жажду крови и мести. Хоть он весь и пропах смертью, став её жнецом, ярость и безумие горели в его глазах, и этот огонь не ведал пощады. Выжившие из долины жаждали мести не меньше, а бывшие наёмники были готовы идти за Дхару, куда тот скажет. Вот только все убийцы, направленные неведомой рукой, были мертвы. А чья рука отдала приказ, предстояло выяснить. И тогда мы все стали играть свои роли, подбираясь всё ближе и ближе к силам, правящим Мэйтару.
Теперь Карш видел эти связи: Критару и Илламиль, Алый Вихрь в Совете Орму, Ыргых и правящие дома Стража, Стурион и торговый кварт со всеми его сплетнями и новостями, Таана на Лантру; выжившие вернулись в Морозную долину, а сам Дхару служил связью меж ними всеми – не вызывающий подозрений караванщик.
– А кто был седьмой?
– Седьмая была Цаанарх, бист с искрой. Она прозревала в оба мира и была мастером не только клинка, но и ядов. После бойни в Ахран у неё началось пробуждение. Шаманы Шаанарха усыпили искру, вернули ей разум. Но она замкнулась. Говорят, ушла за Имол, в белые пески, как поступали многие пробуждающиеся в прошлом. Она верила, что достигнет Золотого Града.
– Но почему я рос у Дхару? – Карш не мог понять, отчего родная мать отказалась от него. – Почему ты не оставила меня подле себя?
Таана горько улыбнулась и вздохнула:
– Только оборот Орта спустя Дхару нашёл тебя. Когда шахты вновь начали разрабатывать, когда старый Орму, узнав о кровавой бойне, потребовал с Дома Цави ответа и поставил своего наместника, тогда в тоннелях нашли ребёнка. Слухи о пёсьем выкормыше дошли до караванщика, и он, не жалея копыт гваров, отправился в Ахран и выкупил тебя из Ямы. Ты не узнал меня и вообще чурался всех. Лишь не отходил от Дхару и твердил, что ты бист. Ты сам выбрал, с кем остаться и кем быть. А Дхару нужен был тот, ради кого жить. Алли и её нерожденное дитя поглотили Энхар, а тхару, чтобы жить, нужна была не только ярость мести, но и любовь. Эту любовь он нашёл в заботе о тебе.
– Бист не по крови, но по духу, – вспомнил слова Ыргыха Карш. – Но кто был моим кровным отцом?
– Сейчас это не имеет никакого значения, – покачала головой Таана. – Твой настоящий Отец и его друзья сложили серые мечи и затерялись в толпе, чтобы воплотить свой план. Они поклялись, что покарают тех, кто убивает детей и женщин, но…
– Но, не позволив убить ребёнка, Отец поставил всю многолетнюю работу под удар, – Карш сжал кулаки.
Таана кивнула и протянула руку:
– Давай же узнаем, что решила Звезда Юга.
Карш вынул из сумки свиток и протянул Таане. Та с лёгкостью сломала печать и развернула послание. Брови её нахмурились и рука дрогнула. Не произнося ни слова, она протянула письмо Каршу. Лишь пара строк изящным почерком:
«Они смогли запечатать Гаара песней. И дети их станут платой за наших. Пусть звучит мелодия Хаоса и распускаются резные цветки Скверны. Рог будет бить набат, когда выйдет тысяча лет».Кровь застыла в жилах Карша. Он вскочил, чуть не опрокинув стол, бутылка подпрыгнула, упала и разбилась вдребезги. Он